— Ты еще не пробовал мамино пюре! — со знанием дела говорит Данил, жуя омлет.
— Правда? — поднимает брови Тагаев. — Не верю. Разве может быть что-то вкуснее этого омлета?
Такая простая манипуляция срабатывает безотказно.
— Мам, мы накормим Артура твоим пюре? — устремляются на меня все три пары детских глаз, и я лишь безнадежно киваю.
Глава 25
— Я забыл в машине телефон, — говорит Артур и смотрит на старшего из сыновей. — Дань, принесешь?
— Я Давид, — говорит сын с вызовом.
— Да ладно! — ухмыляется Тагаев.
— А то я вас не различаю! Вот Давид!
Он тычет в точно так же ухмыляющегося Давида, и я внутренне поражаюсь, насколько похоже у них получается. Просто один в один."
"— Ты не различаешь, ты угадываешь. И сейчас тоже угадал, — наш самый младший ребенок встает с табурета и идет следом за Данькой.
— Я с вами, — Ди бежит за ними, и мы с Тагаевым остаемся одни. Сразу чувствуется напряжение.
Он закладывает руки за голову и опирается спиной о стенку, разбросав длинные ноги. Его вдруг становится слишком много на нашей не слишком большой кухне.
Тагаев молча на меня смотрит, и я понимаю, что его много не только физически. Он заполнил собой все пространство вокруг, и мне все труднее этому сопротивляться.
— Будешь еще кофе? — спрашиваю, чтобы скрыть неловкость.
— Если можно, — кивает Артур.
Подхожу к кофеварке и кожей чувствую, как его взгляд шарит по моему телу. И как я не догадалась сменить шорты на джинсы? Скорее бы вернулись дети! Мне не нравится моя реакция на их отца, а тем более, реакция собственного тела.
Молчание становится слишком двусмысленным, и я спешу нарушить его первой.
— Ты их правда различаешь? — стоя спиной к Тагаеву говорить в разы легче.
— Конечно. Они совсем не похожи. У них мимика разная, — Артур говорит расслабленным мурлычащим голосом, и я усилием воли останавливаю разгоняющиеся по телу мурашки.
— У Давида твоя, — ставлю перед Тагаевым чашку и спешу спрятаться за спасительным столом, пока его взгляд не выжег клеймо на моих бедных ногах.
— Мне со стороны не видно, — кажется, или его рука вздрагивает, когда берет чашку?
— Так и я не знала, — говорю, подливая себе чай. — Я до этого тебя лишь на фотках видела. Только когда мы с тобой встретились, поняла, что Давид — твой клон.
Молчание, повисшее после этой фразы, становится угрожающим. На этот раз его решает нарушить Артур.
— Мне все еще хочется тебя убить, — признается он, а я, как завороженная, смотрю на его дергающийся кадык.
