Наверняка Троица согласится с его планом, и нерешительность Анатолия может быть позже расценена Опорой как вполне прозрачный намёк на то, что, мол, ты мне никто: не командир, не авторитет и уж точно не друг.
Портить отношения с людьми президента не стоит, тем более сейчас, когда предстоят бои. Так можно нарваться на как бы шальную пулю типа «вражеского» снайпера или просто быть отправленным на задание, с которого не возвращаются. Быстро взвесив все за и против, Анатолий принял решение действовать по плану Опоры и принялся ставить задачи своим людям.
Спустя пять минут его Отдел, разбившись на взводы, бегом направился к лесу, обходя бой слева по широкой дуге.
Бежать по глубокому снегу в темноте было тяжело, но ещё больше было страшно. Если эти ВДВ-шники допускают, что их могут обойти, они наверняка выставили наблюдателей, с которыми придётся неминуемо столкнуться. Вопрос лишь в том, рискнут ли наблюдатели, которых будет немного, вступать в бой с двумя сотнями его бойцов или же предпочтут тихо отступить, чтобы выжить и заодно предупредить своих.
Во втором случае риск погибнуть сильно снижается, но окружить противника вряд ли удастся. В первом случае можно серьёзно проредить этих ВДВ-шников ударом во фланг после того, как будут уничтожены наблюдатели. Вот только перед этим сами наблюдатели могут убить кого-то из его людей.
Чтобы не рисковать зря, Анатолий назначил в головной дозор самых смелых и быстро дистанцировался от них в ядро боевых порядков.
Никто за это не посмотрит на него косо, он командир, ему положено находиться в последних рядах и командовать подразделением, а не получать пулю в числе первых. Вскоре Отдел втянулся в лес, и передвигаться бегом стало опасно. Подразделения перешли на осторожный шаг, и Анатолий вглядывался в лесной мрак, ожидая вспышек вражеского оружия. Видно дерьмово, без рации непонятно, кто где, и оставалось надеяться, что боевые порядки не потеряют визуальный контакт друг с другом в предрассветных сумерках.
Сейчас воевать без средств связи стало как-то более-менее, потому что с горем пополам была отработана какая-никакая система управления боем при помощи посыльных. А поначалу без раций творилась сплошная неразбериха. Перестрелки возникали часто, но понять, что это и откуда, было невозможно. В бой с такой армией никто не вступал, те, кто стрелял, либо сразу же разбегались, либо вообще не было понятно, а были ли нападающие.
