На стене – картина, на которую Широков не сразу обратил внимание. Да и Ария закрывала своей хрупкой фигуркой доступ к экспонату. Ну и опять же, Глебу друг вышиб бы все зубы, если бы он недостаточно, по мнению Влада, вежливо поздоровался бы с девушкой при встрече.
Потому Глеб попытался широко улыбнуться жене Архипова.
– Ария! Шикарно выглядишь! – говорил Глеб, и ведь не врал. Девушка действительно была очень милой в строгом платье темно-синего оттенка.
– Спасибо, Глеб. Очень рада видеть тебя, – улыбалась девушка в ответ, а Архипов, точно коршун, обнял жену.
– У нас к тебе вопрос, Глеб, – негромко вмешался Влад в обмен любезностями. – Кому ты заказывал свой портрет?
– Какой портрет? – удивился Широков. – Ничего я не заказывал. Я ж не натурщик. Я просто покупаю предметы искусства.
– Так я и думал, – хмыкнул Архипов и потянул Арию ближе к себе, тем самым открыв обзор для Глеба на то, что пряталось за спинами друзей.
В первую секунду Глеб не понял, на что он смотрит. Пришлось моргнуть. Раз.
Другой. Почему-то изображение было не четким. Глеб видел все словно через дымку. Но он определенно смотрел на свое отражение.
И на какой-то очень короткий миг Глеб допустил мысль, что он знает, кто мог бы написать это портрет. Он видел почти такой же, но тот был выполнен карандашом, нос крючковатый, и рога.
Нет, на самом деле, сходство двух работ было минимальным. Просто Глеб сошел с ума. Просто он не справляется. Не вытягивает.
И потом, Сабина не могла написать его портрет. Он хотел бы.
Многое бы отдал, чтобы сейчас у него осталось что-то от нее. Что-то, кроме высеченных в памяти слов «ненавижу».
Нет, это просто совпадение. Глеб часто появляется на выставках, в музеях, на аукционах. Должно быть, кто-то из художников его заметил. Другого объяснения у Широкова не было.
Но он не мог отвести глаз от полотна. Дежавю какое-то. Сегодня уже второй раз он испытывает схожие эмоции, глядя на работу неизвестного художника.
– Откуда... Откуда она? – очень тихо произнес Широков.
Нет, это не может быть правдой. Просто не может. Просто совпадение. Просто...
– Утром нам принесли картину. Мы пока выясняем, кто автор, – негромко пообещал Влад. – Не хочешь забрать?
Глеб кивнул. Он уже считал портрет своим. Ему казалось, что он должен быть у него. Будто написан специально для Глеба.
***
– Почему ты не сказал ему всей правды? – негромко уточнила Ария, когда за Широковым закрылась дверь галереи, и в помещении Архиповы остались вдвоем.
