"
"Сами вы буйные! Мне даже дотрагиваться до мачехи было бы противно, не то что кусать.
Охранники продолжают мяться рядом. Да идите же вы уже дальше!
— Да нет, — тянет второй, — говорят, девка умом тронулась после ночи с генералом.
— Тише ты! — одергивает первый. — Зато он покушение на короля предотвратил и мятежников подавил.
Наконец, они уходят дальше по улице, я оглядываюсь и даже успеваю с облегчением выдохнуть и сделать два шага прочь.
—- Стоять! — останавливает меня зычный голос.
Глава 6. О важности иметь союзника
Ну япона ж мама… Я замираю и понимаю, что уже этим выдала себя.
Бежать? Народа слишком много, быстро не получится.
Оборачиваюсь, собираясь уточнить, что от меня хотят, но… Там никого нет!
У меня что, уже галлюцинации? Оглядываюсь по сторонам — никого! Ну и ладушки.
— Я тут! — снова звучит этот необычно низкий голос.
Все прекрасно, но где “тут”? Как идиотка стою и оглядываюсь, время теряю.
— Вниз посмотри.
Растерянно опускаю взгляд на ноги.
— Да не туда! Какая же ты… На прилавке я.
Слева.
Ищу там, где сказано, и замечаю… мышонка! Что?!
Нет, я никогда не была пугливая или брезгливая. В принципе мышонок и мышонок, но с таким голосом?!
— Что стоишь? Бери меня уже! — недовольно говорит зверек. — Удостаиваю тебя честью быть моей хозяйкой!
— Куда брать? — вслух бормочу я.
— Бери-бери! Смотри, какая свистулька замечательная! — вдруг оживляется продавец, а потом замечает мышонка и замахивается на него палкой. — Ах, ты мелкая пакость!
Зверек бежит по всему прилавку и прячется среди глиняных фигурок.
— Сам ты пакость! Только огромная! — огрызается мышонок, но, похоже, кроме меня, его никто больше не слышит.
Продавец замахивается снова, грозя не только пришибить малыша, но и разгромить половину своего товара.
— Стойте! — вскидываю руку.
Продавец словно приходит в себя и понимает, что мог натворить. Стоит с круглыми глазами, дышит тяжело.
— Иди сюда, — зову я мышонка.
Надеюсь, он не заразный, мне еще не хватало местных болезней подхватить.
Забираю малыша, когда он робко вылезает из укрытия и вскарабкивается на ладонь.
— Вот его и возьму, — говорю я продавцу.
Пока он не пришел в себя и не додумался до того, чтобы еще и за мышонка с меня денег взять (а от местных я уже чего угодно ожидаю), вливаюсь в поток толпы и двигаюсь дальше к воротам.
— Ты мне все объяснишь, — угрожающе шепчу я, пока лавирую в толпе, стараясь лишний раз не поднимать голову. — Но позже. Мне еще надо отсюда выбраться.
