А там… я была в самом соку. Мне было тридцать восемь, когда я сложила свою буйную головушку на дальних рубежах.
Замолчав, она стала внимательно наблюдать за моей реакцией.
— Мне было побольше, — усмехнулся я.
В этом мире ходит поверье, что обретение Метки частенько меняет людей. Я считаю это обосновано во всех случаях. По сути, Метка — второе Сосредоточение, с возможностью накопления и перераспределения энергии. К тому же она придаёт этой энергии индивидуальность. Ясное дело, обретение чего-то подобного влияет на человека не только энергетически, но и психологически, и физически.
А значит, и меняет.
Но! Порой с Меткой человек вспоминает свою прошлую жизнь. Так было со мной.
Так было и с Ярой.
Пожарская хмурилась, ожидая продолжения, но я не собирался вдаваться в подробности. Я немного отдохнул и потянул руку к её горлу.
Сперва она напряглась, будто бы ожидая, что стану её душить. Но потом расслабилась и даже прикрыла глаза.
Я начал напрямую вливать Семейный Дар в её «проблемное место».
Блин… работы даже больше, чем при лечении лихорадки аномалии.
Яра столько здесь узлов навязала, что мне потребуется несколько сеансов, дабы их распутать. Но главное — восстановить основные, первозданные каналы в этом месте, и голосовые связки.
— Фух! — в очередной раз выдохнул я и снова развалился на траве. — Рисковая ты женщина. Сегодня весь бой использовала свой Голос, а значит, с самого начала была уверена, что я тебя починю.
— Ну конечно, — улыбнулась Пожарская, а затем осторожно прикоснулась пальцами к горлу.
— Совсем не болит… И…"
"— Никаких «и», — резко перебил я её. — Как твой лечащий врач, я запрещаю тебе использовать Голос, кроме тех случаев, когда твоя жизнь или жизнь близких висит на волоске. Потребуется немало времени и моих усилий, прежде чем ты сможешь спокойно использовать его в любое время.
Яра, приподнявшись на локте и глядя мне в лицо, замерла, приоткрыв ротик. Такого изумлённого выражения лица у этой сильной женщины я раньше не видел.
А через миг она и вовсе смогла удивить меня — из её глаз потекли слёзы.
Я аж сам опешил и инстинктивно поддался вперёд, чтобы утешить её.
Но Пожарская, почувствовав, предательскую влагу на щеках, отпрянула назад и мотнула головой. От лица баронессы пыхнуло жаром, и слёзы натурально испарились.
Я уже лежал, приподнявшись на локте. Её лицо всё ещё было близко к моему.
Она улыбнулась и произнесла:
— Спасибо, царевич.
А затем чмокнула меня в губы. После чего быстро поднялась на ноги и пошатнулась.
