— Ванечка… — хмурится, кусая губы. — Помоги мне, пожалуйста!
Растерянно смотрю на нее, ничего не понимая. Но мужское внутри сильнее обиды. Женщина просит…
— А что у тебя случилось? — выдавливаю я из себя."
"— Возьми меня с собой!
— Куда?
— В ожоговый.
— Зачем?
— Ванечка, — нервно сжимает она мою кисть. — Ты просто помоги. Без вопросов. Я на них ответить все равно не смогу. Помоги!
И вся ее борзота и сила вдруг испаряются, обнажая просто… уязвимую, растерянную женщину, которой нужна помощь.
— Чем?
Я готов сейчас помочь ей всем, чем угодно.
Просто потому, что мне так и не удалось выплеснуть ей свои чувства. И они меня уничтожают изнутри. А вот эта ее просьба о помощи такая искренняя… И мне хочется свернуть для нее горы и остановить этот шарик. Даже если ее выбора это не поменяет. Мне необходимо воплотить все, что я чувствую.
Хоть как-то.
Сжимая крепче мою руку, Диляра тянет меня вниз по лестнице. И мы вместе идем до моей машины. Не понимая, что происходит, открываю тачку с брелока. Она решительно садится на переднее.
Мы едем в полной тишине. Нам неуютно и тесно рядом. После сказанного ей мы словно друг другу натираем души. Это больно. А раньше, с самого первого нашего касания, мы были словно целым! Я очень хорошо помню те ощущения. Теперь же такое чувство, как будто что-то ампутировали. Нас друг от друга ампутировали.
Паркуюсь на стоянке ожогового и разворачиваюсь к ней.
— Объяснишь?
Отрицательно качает головой.
— Поможешь? — в ответ спрашивает она.
— Да.
— Спасибо. Я тебя не подставлю.
Клянусь.
Киваю. Не таких я сегодня ждал клятв. Но и эта каплю согревает.
Показав удостоверения на входе, мы поднимаемся в лифте на четвертый этаж. За стойкой медсестры пусто. Оглянувшись, Диляра снимает со стула чужой белый халат. Надев его, сливается с обстановкой.
— Что нужно сделать?
— Напарник уйдет в туалет — скинь мне смс, хорошо? Я подойду.
Остается в рекреации у окна. В руках нервно крутит пачку сигарет, и я понимаю, что тоже ОЧЕНЬ хочу курить. Но курить на посту нам не положено, а вот в туалет отлучаться иногда можно.
Поэтому мы курим в туалете, который в конце коридора, а персонал закрывает на это глаза.
Смена меняется. Застегиваю кобуру со стволом.
— Полкан сегодня приезжал. А этот простонал целый день… Полкан велел обезболивающего не давать… Он на поддерживающей капельнице. Сдохнуть может в любой момент. Приказ такой: заходишь к нему каждые полчаса, если пришел в себя — уточняешь, готов ли дать показания. Опера наши в тачке, внизу.
