-- Что через два дня? – я искренне не понимала, что этими словами хочет сказать мастер.
-- Через два дня готово будет, светлая госпожа.
Я с удивлением уставилась на мужчину. Мои представления о ручном производстве не давали мне поверить в то, что срок два дня обозначен вполне серьезно. Заметив мое недоумение, мастер поманил меня за собой к распахнутым дверям большого сарая. Там стояла вполне себе готовая карета именно такого размера, который нужен был мне.
Полностью готовый экипаж, выкрашенный практичной серой краской.
Один из работников тонкой кистью наносил на дверцу кареты золотистую линию. Я присмотрелась и поняла, что он прокрашивает некое подобие герба: в верхней части дверцы уже подсыхала баронская корона, а маляр выводил большие, украшенные листиками и вензелями буквы «Л» и «Р».
-- Любава фон Розер… – машинально пробормотала я.
-- Так ить что заказывали… – с некоторым недоумением ответил мастер Мерч.
-- Кто заказывал?!
-- Так ить откуда я знаю? – казалось, что мастер искренне удивлен.
– Три недели назад мужчина благородный заказал. Щедрый и одет богато. Аванс внес – десять золотых. Сказывал, мол, баронесса забирать будет, остатки заплатит.
Пожалуй, я догадывалась, кто был этот «щедрый мужчина». Может быть, не сам лично, но явно кто-то из его подручных. Пока что я не ощущала ничего, кроме растерянности. По идее, я должна быть благодарна за такую помощь, но она вызывала у меня только недоумение. Неужели герцог и в самом деле собирается меня просто купить?
***
Остаток дня я металась как ужаленная.
Съездила еще в три мастерские и заказала мебель. Заехала к художнику, который должен был расписать стены детской. Посмотрела и одобрила эскизы. Посетила мэтра Игнасио и нарвалась на еще один не слишком понятный разговор.
-- Добрый день, мэтр Игнасио.
-- Рад вас видеть в добром здравии, госпожа баронесса. Не изволите ли попить чайку со стариком?"
"Дом мэтра Бульдора выглядел гораздо опрятнее, чем при моем первом посещении. В холле на первом этаже мне попалась горничная, которая тихо исчезла при нашем с Лестой появлении.
Пахло в холле теперь не пылью и запустением, а свежей сдобой и ванилью. Именно поэтому, когда мэтр предложил чайку, я не удержалась. Не известно, успею ли сегодня нормально пообедать. А есть хотелось так, что скулы сводило.
Чай накрывала другая горничная, пухлощекая и кудрявая толстушка, уютная и улыбчивая. Подала булочки, потрясающе вкусный джем из яблок и еще чего-то Я не разобрала с голодухи.
