Но брата он любил, и когда ваш муж заболел, обещал ему позаботится о девочке, как о своих родных дочерях. Баронесса недовольна, когда муж возражает ей. Думаю, она опасается, что тот начнет тратить на малышку больше оговоренных сумм.
Ах, вот оно что! Хотя, конечно, странно. Сестрица получила в наследство целый замок. И к нему, наверное, есть еще и земли, и всякое разное. Да и раньше она не на улице ведь жила? Где-то у нее есть свой дом. Тем более у нее есть свои дочери. Неужели одна малышка сможет пошатнуть ее благосостояние?! Или эта дамочка патологическая жадина, или есть еще что-то, чего я не знаю? Мэтр между тем продолжал говорить:
-- Если бы я осмелился дать вам совет, госпожа Любава…
-- С удовольствием выслушаю, мэтр.
Вы кажетесь мне весьма благоразумным человеком.
-- К сожалению, о прискорбной слабости господина барона известно всем. Для девочки, безусловно, будет лучше, если вы заберете её. Ваш покойный муж был человеком не слишком предусмотрительным, конечно, но… Госпожа Белинда явно недовольна ее присутствием.
Она считает, что девочке не место рядом с ее дочерьми, – мэтр огорченно покачал головой. -- А вам бы я посоветовал запросить за эту услугу дополнительное вознаграждение. Как вам известно, ваша вдовья доля весьма скромна.
Ого! У меня есть вдовья доля? То есть, сестрица не сможет просто выгнать меня на улицу. Уже хорошо.
-- И какое вознаграждение вы сочтете достойным? Я, признаться, не слишком понимаю...
-- Ну, скажем, по три золотых в год. Элли, на данный момент, нет еще и пяти, если я не ошибаюсь… – он вопросительно глянул на меня.
Я в душе благословила Лесту за разговорчивость и подтвердила:
-- Не ошибаетесь, только осенью ей будет пять лет.
-- Ну вот, значит тридцать шесть золотых получается. Это даст вам еще года четыре достойной жизни. А там, глядишь, вы и сможете устроить свою жизнь с новым мужем, – от своих слов он смутился, вспомнив, очевидно, что я вдова, и хрипловато произнес: -- Простите, госпожа Любава, боюсь я несколько не деликатен.
Если хотите, я обговорю с вашей сестрой все это до вскрытия завещания.
-- Спасибо за заботу, но не стоит торопиться, мэтр Фонкер. Мне нужно подумать.
Глава 8
Еще шесть дней я жаловалась доктору на слабость и головокружение. И в общем-то не врала. Ну, почти. Главное, что я ни на секунду не желала остаться с сестрицей наедине. И Леста в этом мне охотно помогала.
На седьмой день к вечеру, решив, что «клиент созрел», я попросила служанку пригласить ко мне баронессу.
