Бархат, атлас и кружева допускались только в качестве отделки: всякие там вставочки, манжеты и воротнички. Сами же платья были сшиты из очень мягких и нежных шерстяных тканей, больше всего напоминающих качественный кашемир.
Леста так искренне радовалась моему преображению, так «болела» за меня, что в какой-то момент я обратила внимание на то, что и она сама, и Нора одеты слишком уж скромно. Когда-то их платья были вполне приличными, но сейчас ткани поистрепались, сукно сильно лоснилось от старости. Вид у них в целом был достаточно бедный.
Поэтому следующим шагом стало шитье для них удобных и практичных платьев. Нашлась у меня синяя полушерстяная ткань. И хотя Леста недовольно хмурилась и пеняла мне за расточительность, слушать ее ворчание я не стала. Тем более, что Нора растрогалась чуть не до слез.
У нас ушла целая неделя на то, чтобы раскроить и сшить им обновку, используя в качестве выкроек их старые платья. Пару раз видела, как старающаяся делать ровные и аккуратные стежки нянька, отрывалась от работы и, давая роздых спине, любовно поглаживала сшитые вместе куски ткани.
Видно было, что наряд радует ей душу. Очень кстати пришелся и рулон белого поплина, из которого мы скроили два фартука, и целую кучу аккуратных белых воротничков на смену. Понимая, что одежду нужно менять и нельзя носить одно и то же всю зиму, сменный комплект для них мы сшили из плотной и качественной серой шерсти. Может, и дороговато для прислуги, но ничего проще в моих сундуках не было.
Заодно я нашла время перебрать одежные запасы Элли. Малышке безумно нравилась вся эта суета, она без конца прибегала то за новым клочком ткани, то требуя сшить из остатков красивое одеяло для своих кукол, то еще за какой-то мелочью.
Немного подумав, я сшила из цветных обрезков несколько мячиков разных размеров. Часть набила шерстью, а два – гречневой крупой. После этого отправила Нору в деревню, чтобы она поискала для нас котенка или щенка. Строго наказав, что если будет выбор, то пусть несет всех.
Тут уже я позволю Элли выбирать самой.
Из деревни Нору сопроводил Прон, лично притащивший тяжеленную корзину с четырьмя массивными толстопопыми щенками. Сидеть смирно они не желали, и он аккуратно потряхивал корзину, чтобы они не вылезли. Староста, как обычно, тяжело вздыхал и ворчливо пояснил:
-- Ить не охолостили кобелька вовремя, так Мирон и того, засердился сильно. Бражка-то мой евонную сучку огулял, так он мне всех и принес.
