– Да, Верочка, что случилось? – Спросил спокойный мужской голос.
– Сергей Вениаминович. Ему плохо!
– Бригаду на Лермонтова 14! СРОЧНО! – Услышала я четкую команду. – Вера, успокойтесь. Он в сознании?
– Глаза открыты, но ничего не говорит.
– Расстегните ему ворот рубашки, расслабьте, чтобы не давил. Сделала? Молодец. Откройте окно. Полностью! Так. У него должны быть таблетки. Вера, посмотрите в кармане пиджака! Одну положите ему под язык. Бригада уже выехала. Не дайте ему упасть. И отправьте кого-нибудь вниз, чтобы не ждать лифт.
"
"– Хорошо. Я позвоню Светлане Игоревне, – я отключила звонок. – Сергей Вениаминович, мне нужно найти таблетки, – сказала я Ревскому. Он закрыл глаза в знак согласия. Таблетки были в пиджаке, как и сказал Холодов.
Ревский был очень бледен. В кабинете стало холодно. Все-таки еще март. Пусть и последний день.
Я набрала номер Чащиной и объяснила, что нужно встретить бригаду скорой помощи.
Скорая приехала через семь минут. Они влетели в кабинет вместе с Чащиной. Я отошла в сторонку, чтобы не мешать.
Меня потряхивало то ли от холода, то ли от пережитых эмоций.
– Молодец, что позвонила в «Элиту», а не по «03», – подошла ко мне Светлана Игоревна.
«Элита» – частная медицинская клиника, в которую я попала совершенно случайно, точнее меня туда притащил мистер Айс. И совершенно случайно у меня оказался номер телефона главного врача.
– И что теперь делать? – спросила я у Светланы Игоревны, когда Ревского увезли на машине скорой помощи.
Чащина вздохнула. Я знала, что она не только его коллега, но и очень близкий друг.
– Успокоиться, Вера. Пойдем ко мне, у меня есть коньяк.
– Но я не пью!
– Я тоже. Но надо. Если не хотим составить Сергею компанию. Пошли.
Мы вышли из кабинета, который я закрыла, и пошли в кабинет Чащиной. В тот, где я проходила первое собеседование. Было такое ощущение, что прошло уже много времени, когда на самом деле всего шестнадцать дней.
– Включи чайник. Я позвоню.
– Хорошо.
Я включила электрический чайник и села в кресло. Меня все еще потряхивало.
Я смотрела в окно, даже не вникая и не слушая, о чем говорит Светлана Игоревна. Время словно замедлилось, и я каждой клеточкой ощущала его тягучесть.
Светлана Игоревна сама сделала нам чай, достала коньяк и добавила его в чашки. Обычно я пила чай без сахара, но Чащина заставила добавить его, чтобы повысить уровень глюкозы. Я послушалась.
– Ну, что ж. Не дотерпел Сережа до отпуска. Теперь точно отдохнет! – Сказала Чащина, отпивая чай из чашки.
