Если бы зависело от меня, то из кровати не выпустил бы до китайской пасхи, которой быть не может в принципе.
Я прижался к ней сзади, пахом потерся, чтобы чувствовала, как крышу мне сносит. От нее единственной. Бретельки вниз потянул, а сам медленно языком собирал ее вкус – Катя обожала, когда шею ласкают, медленно и долго. Млела, влагой истекала.
– Ощущение, что в первый раз перед тобой раздетая… – шепнула Катя, смущенно волосами грудь прикрыв. Зря, очень зря. Она у нее фантастическая!
Мы давно не занимались любовью.
То, что было после развода – это злой, отчаянный секс: когда хочешь убить и быть убитым. Сегодня все по-другому.
– Не закрывайся от меня, моя Мальвина.
Я стянул поло, затем убрал длинные волосы назад. Она была прекрасна в своей неповторимой, женственной красоте. Сногсшибательно удивительной. Нереальная женщина. Моя.
– Катя… – я пальцами обвел потемневшие чувствительные соски – она губу прикусила эротично. Груди потяжелели, налились, живот округлился очень прилично, а бедра и ноги остались такими же стройными, бесконечно длинными.
Катя всегда была поразительной красавицей, но в беременность ее природа одаривала неземной прелестью. Она даже пахла, как сочный спелый персик, а я как завороженный на этот запах шел. Кончить могу, даже члена не достав.
– Иди сюда, – игриво поманила Катя, заметив, что у меня уже слюна текла. Знала меня, лиса. Дразнить теперь будет.
Она нарочито медленно расстегнула ремень, болты и спустила джинсы. У меня все последние месяцы перманентный стояк: член вздыбленный, разрывался от дикого сладострастия, головка набухла – ласки просит, надоели ей мои мозолистые лапы.
Катя мошонку тяжелую сжала, вниз потянула, а губами пухлыми конец в себя приняла. Это было выстрелом в упор. Меня затопило острым наслаждением, так, что тормоза слетели, и я, зарывшись пальцами в волосах, качнулся вперед – весь хотел в мягком тепле оказаться.
– Кать, я не смогу долго, – хрипло признался, ощущая, как по стволу сперва поднимается, медом омывает меня. – Кать… – я оторвал ее от себя, выдыхая пар, которые из ушей скоро повалит.
Мягко толкнул на спину и устроился между ног, подрагивающей головкой лоно влажное обвел. Розовая плоть раскрылась мне навстречу, кнопка зажигания напряженно пульсировала, и я нажал на нее. Катя поползла на меня, с томными стонами смазанный соками ствол встречала. Это была изощренная пытка для моего самообладания: хотелось резко войти, сверху навалиться и целовать сладкие губы, пока вместе не кончим. Нельзя.
