Будь счастлива, Ночная нимфа, – отступил к лифту, уходя из моей жизни.
– Макс, – я босая подбежала к нему, – спасибо за все. Если мое сердце было свободным, то я отдала бы его тебе, – я дотянулась до здоровой щеки и коснулась губами. – Будь счастлив.
– Прощай, Катя Полонская. И живи сердцем. Иногда только оно право.
Я провожала его взглядом, повиснув на двери. Это не мой мужчина, но мне было жаль терять такого человека. Несправедливо держать его, только потому что это возможно. Надеюсь, Максим Барсов найдет свою настоящую любовь.
А я? А я буду разбираться со своей и с собой.
Глава 44
Вадим
Я только фары погасил, на парадный вход направленные, как заметил Барсова, распахнувшего дверь. Еще и код знает, мудила. Проиграл, и все равно лезет! Я рывком из машины выскочил и… застыл. Посмотрел на окна самые верхние, к небу близкие: в глубине мерцал свет, не спит Мальвина моя. Моя ли…
Я забрался обратно в салон и ладонями голову обхватил. Чтобы очередных глупостей не сделать. Можно подняться, устроить разнос, снова подраться, только толку от этого? Сейчас Катя выбирает.
Я мельком взглянул на приборную панель – минута всего прошла. Криво усмехнулся: от того, насколько Барсов там задержится, зависит моя участь. Катя может обоих на хер послать, и с этим тоже можно бороться, добиваться или просто быть поблизости, если ей понадоблюсь. Но если Макс у нее в сердце – это пиздец. Мальвина у меня такая: если мужчину выберет, то только по душе. А это значит, что меня там больше нет.
Две минуты прошло.
– Бля-яядь! – завыл я.
Выметайся оттуда! Ревность клокотала в груди. А еще страх.
Сука, как же это паршиво! Не знать, нужен ли ты еще? И точно знать, что твою женщину, возможно, именно в этот момент целует другой. Шепчет ей нежные глупости на ушко, любуется улыбкой, видит, как засыпает и просыпается. А она лаской отвечает, нежностью, страстным огнем… А ты ничего, совершенно ничего не можешь сделать. Сейчас выбирает она. Катя…
Я в сердцах ударил по рулю. Так, блядь, мне и надо! За свои поступки нужно отвечать.
Даже Бог, хоть и милостив, не прощает без покаяния и искупления. Что уж говорить о людях. О женщине… Страстной и пылкой, нежной и трепетной, полной сомнений и недоверия к мужчине, ушедшему в жестокий мир лжецов и предателей. Но я вернулся. Ради нее, нашей дочери и себя самого. Нужно будет искупать свои грехи всю жизнь – буду. Других вариантов нет. Я нихрена не самоотверженный и бесстрашный. Конечно, хотел бы легкого пути, но иногда таких просто нет.
