– Пардон, месье…"
"– It's my wife! – буквально прорычал и на Мальвину посмотрел, лениво коктейль цедившую.
– Кать, ну что ты за сучка такая, с ума меня свести хочешь, а?
Она с недоумением повернулась, бровь тонкую вздернула:
– Откуда вы знаете мое имя?
Даже так…
– За эту информацию мне пришлось драться, но вы так прекрасны, что я готов сражаться с целой армией.
– И с моим мужем?
Я охренел. А я кто? Непривычно даже в игре допускать, что у Мальвины может быть другой Буратино.
– А где ваш муж? – и оглянулся нарочито демонстративно.
– Играет в покер.
– Если он предпочел карты вам, то он еба… идиот.
– Есть такое, да.
Вот зараза вредная!
– Катя, а давайте поднимемся ко мне…
Мне срочно нужно трахнуть ее. Моя женщина. И нехер на нее пялиться!
– Скучно, – она эротично прошлась по соломинке языком, и член отреагировал еще пуще! Хотя куда уже: и так, как флагшток, небо таранит. А Катя вместо того, чтобы пожалеть, улыбки обворожительные раздавала направо и налево.
– Тогда, может, потанцуем? – привлек ее внимание легким касание к шелковой коже плеча.
Катя улыбнулась и распутала бесконечные ноги на высоких острых шпильках. Мы прошли в другой зал, где выступали музыканты и ужинали гости.
– Катя, – шепнул, спину поглаживая, – кажется, я вас люблю.
– Не быстро ли? – кокетничала она.
Я едва сдерживался, чтобы не запустить руку в разрез и не сдавить крепкие ягодицы.
– Давайте убежим?
– Куда? – удивилась она.
– На край света.
Я вывел свою королеву на палубу.
Мы поднялись на самый вверх и прошли на карму. Днем здесь в шезлонгах у бассейна загорают, а сейчас только звезды над головой и прерывистое дыхание рядом. И глубокое-глубокое море…
– Катя… – я запустил руки под юбку и привлек к себе за ягодицы. – Я так люблю тебя… – губы податливые нашел… – Так хочу…
– Дим… – она вся прижалась ко мне, ногу закинула на пояс, потерлась о вздыбленный пах…
Черт! Я в реальности на свой член посмотрел и чуть не завыл от тоски. Кувалда просто, хоть гвозди забивай! А рядом только воспоминания.
– Ну, что, – сказал ему, – только ты и рука, как в школьные времена.
Ранним утром я улетел в Италию. Дядя Женя, который переехал во Флоренции и перевоплотился в Джованни, был лучшим ювелиром из всех мне известных. У него было свое производство, но для родни и друзей мог сам взять в руки инструмент. Ему поступали заказы от многих именитых людей Европы, и от известных ювелирных бутиков. И от меня порой.
