– Да, Настя подтвердила фальшивую информацию о книге, но в остальном-то она не допускала промахов. Отвечай немедленно, что ты знаешь!
– Ничего! – звенящим голосом ответила Таня.
– Ладно, – сказала я, – до свидания.
– Ты куда?
– Домой!
– Ты обещала мне помочь! Вывести аферистку на чистую воду!
– Не сумею сделать этого. Ты скрываешь нечто важное, лучше обратись в детективное агентство!
Таня забилась в угол дивана и горько зарыдала.
– Если б ты знала… – сквозь всхлипы твердила она, – хотя бы представляла, что я пережила… послушай… я видела тело… мертвое… растерзанное…
Я упала в кресло.
– Тебе показали труп Насти?
– Да.
– Господи!
– Да, да, да, – словно сумасшедшая, твердила Таня, – я ее сама хоронила, ночью, закапывала… там… на кладбище… тогда еще памятника не было… в общем… это…
– Но почему ты ничего не рассказала Мише? Отчего скрыла правду от Елены Сергеевны?
Таня вытерла лицо подушкой.
– Тебе не понять!
– Попробуй объяснить!
Медведева прижала к груди стиснутые кулаки.
– Мы жили с Мишей в одном дворе, я влюбилась в него в детском саду.
Ей-богу, правда! Караулила его у подъезда, пыталась подружиться, но он на меня внимания не обращал. Михаил на три года старше, разница казалась в детстве невероятной.
Я прикрыла глаза рукой – редко первая любовь перерастает в глубокое чувство. Я сама потеряла голову этак классе в седьмом, сохла по парнишке по имени Игорь Мречин. Каким он мне казался красивым! Умным! Совершенством! Но увы, мальчик не обращал на меня никакого внимания.
На всех школьных вечерах я подпирала стену в надежде быть приглашенной Игорем, но он так ни разу и не позвал меня танцевать. Спустя много лет я встретила Игоря в магазине, мы обрадовались друг другу, поболтали о детях и разбежались. Я уходила с чувством изумления. Мне нравился этот невзрачный субьект? Где его неземная красота? Ну и дурочкой была я в детстве, столько слез пролито, а из-за кого? Сказочный принц теперь казался потрепанным и жалким. А вот Таня была однолюбкой.
Чего она только не делала, чтобы привлечь внимание Миши. Прыгала с крыши гаража под восхищенные вопли других мальчишек, каталась на «колбасе» трамвая, лихо курила и бренчала на гитаре в подъезде. Она завоевала авторитет у всех парней в округе, но Миша равнодушно проходил мимо нее.
Он даже в юные годы не обращался к Танюше на «ты», дистанцировался по полной программе. С горя Таня начала заводить кавалеров, но поговорка про клин[5] в ее случае не срабатывала.
