Ирка глянула на меня, я ощутила неловкость и предложила:
– Может, один раз в день полы мыть?
– Еще упадет кто, ребра сломает, – предостерегла Вера.
– И прямо мне одной на полу колотиться? – не успокаивалась домработница. – Другой кто не сумеет?
– Любой может, – милостиво согласилась Вера, – лишь бы тряпкой пользоваться умел.
– Иван, – завопила Ира, – живо сюда!
Послышался топот, и в кухню с грацией беременного носорога вломился садовник с мелкокалиберной винтовкой в грязной руке.
– Звали? – запыхавшись, спросил он.
– Немедленно убери пукалку, – испугалась Ира, – зачем с мелкашкой припер?
– Так я думал, того-этого, – забубнил Иван, – мышь на кухне!
– Идиот! – топнула жена.
– Ты стреляешь в грызунов? – поразилась я.
– Че, я похож на дурака? – заморгал Иван. – Разве ж в полевку попасть? Всю посуду переколотить можно.
– Зачем тогда дробовик прихватил? – удивилась я.
– Прекрати, – остановила меня Вера, – все вы, преподаватели, зануды! Вечно надо в печень человеку залезть и поковыряться. Если ему удобно мыть пол с винтовкой, то спорить не надо.
Бери, Ваня, тряпку и начинай!
Глава 8
Уяснив задачу, Иван принялся методично уничтожать следы улитки, а Вера потерла руки.
– Так! Надо сделать Джуле еду.
– У нас есть укроп и яблоки, – предложила я.
Рыбалко покачала головой.
– Нет, нет, необходимо приготовить витаминный паштет. Я уже говорила, что Джуля беременна, ей требуется особый корм. Ирка, сбегай в гостевую и принеси из моего чемодана банку, здоровую такую, с красной крышкой.
– В котором она лежит? – уточнила Ира.
Вера, успевшая открыть холодильник, с изумлением посмотрела на домработницу.
– Ты о чем?
– У вас восемь саквояжей, – заметила Ирка.
– Ну в каком-то из них, – махнув рукой, ответила Вера."
"Ирка ушла, а Рыбалко вытащила из рефрижератора пачку сливочного масла, огляделась по сторонам, увидела кухонный комбайн и начала отдавать мне приказы:
– Разверни фольгу, покромсай брикет ножом, брось в чашу, добавь сушеной петрушки…
– Эта? – хмуро поинтересовалась Ирка, возвращаясь на кухню.
– Да! Супер, свинчивай крышку, – велела Вера.
– Мамочка! – завизжала Ира, вскрыв емкость. – Какая гадость!
– Чего там? – полюбопытствовала я, выхватив у домработницы банку.
В ту же секунду к горлу подступила тошнота, внутри лежали сушеные мухи, червячки и гусеницы. Вера вырвала из моих пальцев банку, лихо высыпала ее содержимое в чашу с маслом, быстро включила комбайн, все в нем перемешала и крикнула:
– Несите емкость с хорошо закрывающейся крышкой.
