Интересно, успею схватить ее за руки, прежде чем она опустит на голову старухи стул?
Вдруг Настя с ловкостью молодой кошки вскочила на ноги и подлетела к бабке.
– Перестань Таню мучить! – закричала она. – Ты ей постоянно в нос своей Ларисой тычешь! Хватит! Я родную мать не помню, для меня Танечка лучше всех! Дурой я была! Теперь понимаю, такая мачеха одна на миллион! Мне не нравилось, что она меня учиться заставляет, полы мыть, гулять одну не отпускает.
Я во всем виновата! Я! Не трогай Таню! И замолчи про Ларису! Папа, почему ты ей не скажешь? Зачем она Танюшу изводит?
В гостиной стало тихо, Таня отступила на пару шагов назад, на ее лице появилось выражение искреннего удивления. Миша уставился на Елену Сергеевну и неуверенно сказал:
– Вы правда слишком уж! Не надо!
Старуха рухнула на диван, прижала руки к груди и зашептала:
– Мне… так вот… бабушке… Лариса сейчас плачет… доченька…
Настя подбоченилась.
"
"– Ты, папа, не знаешь, но бабушка мне всегда гадости про Таню дудела. Оставалась со мной одна и вещала: «Сиротки мы с тобой! Что Миша, он мужчина, вот его за нижний этаж и привязали. Таня ни умом, ни красотой не блещет, просто стриптиз ему танцует. Но нам с тобой надо хитрее быть, ночная кукушка-то дневную перекукует, ты ее вроде как слушай, но сама по-своему поступай!» Не скрою, мне подобные разговоры нравились, я маленькая была.
Заставит Таня меня уроки делать, посадит за учебники и по делам уедет, а бабуля в детскую зайдет и начинает: «Ох, загубить малышку решила! Брось, кисонька, пойди телевизор посмотри, а потом однокласснице позвони, спишешь задание и забудешь. Нечего самой мучиться!» Но теперь-то я понимаю, кто мне добра хотел! Папа, вели бабушке маму не трогать! Она потому себя так ведет, что ты ей позволяешь! И не хочу маму Таней звать! Она мамочка! Мамуля!
Вытянув вперед руки, Настя бросилась на шею к Тане, та, растерявшись, обняла ее, а Миша повернулся к экс-теще.
– Вы внушали подобное ребенку?!
– Ларочка все видит с небес, понимает, плачет, – заверещала Елена Сергеевна. – О-о-о… меня ранили в самое сердце!
– Так да или нет? – настаивал на ответе бывший зять.
– Разве можно доверять ребенку? – завизжала старуха.