Не силу! Всего лишь знание, но какое! Он научил накапливать чужую жизненную энергию и управлять ею! Научил создавать кошмарных тварей, слепленных из костей и мертвой плоти! И много чему еще, не менее ужасному. У демона было имя — Морграат. Дарованное им знание в те мрачные времена называлось просто Искусством, практикующие это знание адепты — Раатхи, они же были жрецами своего бога Морграата, неустанно умерщвляя во славу ему десятки и сотни людей ежедневно. То была эра зловещего мрака, к счастью, закончившаяся до того, как род человеческий был бы полностью истреблен.
Теперь же, спустя многие века, мы называем все это другими словами. Раатхи — некроманты, а сам Морграат… на протяжении веков мы старались искоренить это проклятое имя, и теперь почти забытого бога называют не иначе, как Темный.
— Создатель Милосердный… я многое слышал о темной эре, но не знал о том, что у Темного когда-то было имя… на проповедях священники называют его «Безымянное зло»."
"— Да, — кивнул старик. — Так решил церковный конклав многие века назад.
Лишить Морграата имени означает низвергнуть его в пучину забвения. Не сразу, конечно. Век за веком, не покладая рук Церковь трудилась над тем, чтобы изжить память о Темном из сердец людей. Мы уничтожали древние храмы, стирали с лица земли древние капища и жертвенные зиккураты, разбивали таблички с текстами и сжигали папирусные свитки, возводили на костер тех, кто осмеливался творить темную волшбу… Да ты и сам принял участие во многих подобных миссиях. Достаточно вспомнить случившийся благодаря тебе триумф Церкви в очищении гнилостных Могильников Ашура и ту приснопамятную погоню за Торговцем Смертью.
Благодаря таким преданным братьям по вере, как ты, Церковь продолжает успешно выкорчёвывать древнее зло.
— Грешно будет приписать мне эту честь себе, ваше святейшество, — отрицательно качнул головой отец Ликар. — Я принял лишь косвенное участие в упомянутых вами миссиях, успех которых был достигнут благодаря хорошо известному вам юному имперскому магу, позднее отринувшему мирские радости, принявшему сан священника и примкнувшего к братьям из ордена Искореняющих Ересь.
— Отец Флатис, — задумчиво произнес старик. — Да, я хорошо помню этого многообещающего юношу… и до сих пор не могу простить тебе твою неудачу! Позволить обладателю столь живого и проницательного разума уйти в этот воинствующий орден Искореняющих Ересь, где признают лишь силу оружия! Ты знаешь, как в народе за глаза называют этот орден?
— Испепеляющие, — хмыкнул отец Ликар.
