- Папа, мы едем домой? - Тут за его руку хватается Тося.
- Едем в парк. У нас ещё целый час, чтобы погулять, - отвечает он ей, а сам смотрит мне в глаза.
- Ты что-то хочешь мне сказать? - едва слышно задаю ему вопрос, не выдержав затянувшейся паузы.
- Как ты могла это допустить? Ты должна была позвонить мне. Это мой ребёнок, Полина!
- Да я.… я даже не знала, что Тося здесь! Я только прие…
Но Метелин решает, что он больше не хочет меня слушать, и тянет Тосю за собой к выходу. У меня такое чувство, будто меня кипятком облили заживо.
Ну почему, почему я всегда во всем виновата? Я ведь очень стараюсь быть хорошей… Я правда стараюсь!
- Поля, - ко мне подходит Виталик, а я едва не плачу на глазах у всего персонала, обслуживающего фотосессию. - Ты сегодня снова подвела меня. - А я так хочу, чтобы меня обняли, а не отчитывали. - Я начинаю сомневаться в том, что ты способна выдержать жизнь рядом с политиком. Это должна быть идеальная жизнь. Я создаю её для нас, ты все разрушаешь. Подумай об этом, пожалуйста, - деловым тоном просит он и тоже уходит.
- Что? - Только и могу выдохнуть я, чувствуя, как по щеке всё же стекает слеза.
Глава 34. Кирилл
Пока идём с Тосей по асфальтовой дорожке к машине, я роюсь в карманах в поисках ключей. В голове крутятся обрывки разговора с Нелюбиным. Злость ещё кипит во мне, заставляя двигаться резче и быстрее обычного. Тося семенит рядом.
- Папа, не беги так, пожалуйста, - слышу я ее запыхавшийся, немного обиженный голосок. - Я не успеваю за тобой.
Черт. Я снова забываюсь.
Снова несусь сломя голову, а она – маленькая, ножки короткие. Своей яростью я пугаю ее, а должен быть опорой, скалой. Глубоко вздыхаю, выдавливаю из себя спокойствие, разворачиваюсь и присаживаюсь на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне. Так как учили на курсах.
- Прости, малышка, - говорю я, а мои пальцы сами находят её маленькую теплую ладошку, сжимают ее. - Совсем забылся. Виноват.
Тося смотрит на меня своими большими, слишком серьёзными для ее возраста глазами. Она молча берет меня за руку, и мы уже медленно идём к машине вместе.
Ее доверие очень важно для меня. Я должен защитить ее. Обязательно.
- Так-то лучше, - констатирует она, слегка покачивая нашими сцепленными руками. И после паузы, глядя прямо перед собой на асфальт, спрашивает: - А правда, Виталик поступил плохо?
Вопрос прямой, как удар. Во мне все сжимается. Хочется выругаться, но я сглатываю ком ярости в горле и отвечаю максимально нейтрально, лишь бы не напугать ее.
