- Да, спасибо вам, - отвечает Полина, кусая от волнения губы. - Если бы не вы.… Я даже не знаю, чем это могло закончиться.
От этих слов мне становится неловко. Она даже не подозревает, кто устроил ей небольшое приключение. Но всё же хорошо закончилось, а значит волноваться не о чем.
- Да ладно, мне не сложно, - пожимаю плечами. - Не первый раз приходится вытаскивать знакомых из передряг.
- Но как вы вообще узнали, что мне нужна помощь? -Царапкина подозрительно прищуривается. Может начинает догадываться о чем-то?
- Шестое чувство, - ухмыляюсь я.
- Просто удачно проходил мимо.
- Ой, - вдруг останавливается Полина. - Мой самолет уже улетел.…
Такой она кажется растерянной и беззащитной в этот момент, что я невольно теряюсь сам. Пара мгновений, чтобы вдохнуть и взять ситуацию под контроль.
- Это мы решим, - моя улыбка становится шире. - Сейчас купим билеты на ближайший рейс.
- Биле-ты? - она делает акцент на последнем слоге и внимательно смотрит на меня своими огромными глазищами.
- Решил составить тебе компанию.
Под пораженным взглядом Царапкиной, я снова связываюсь с Жанночкой и через нее покупаю на ближайший рейс два билета в столицу. Для себя и Полины.
- Держи, - протягиваю ей билет. - Мы с тобой сидим рядом. Чур я у окна.
Полина берет билет, ее пальцы слегка дрожат, но на губах появляется улыбка. Мы проходим регистрацию, но чем ближе к посадке, тем сильнее она нервничает. Даже пьет какие-то таблетки.
- Всё в порядке? - наклоняюсь к ней и шепчу низким голосом."
"- Да, просто….
устала, - Полина беспечно пожимает плечами, но я замечаю, как ее взгляд с опаской скользит по иллюминаторам.
- Боишься летать? - спрашиваю прямо.
- Нет! - слишком поспешно отвечает она и откручивает крышку на бутылке, чтобы запить таблетки.
Усмехаюсь про себя, но никак не комментирую.
Проходим в салон самолета. Я двигаюсь к иллюминатору, а Полина садится рядом, устремив напряженный взгляд прямо перед собой.
Когда двигатели набирают обороты, она сжимает подлокотники так, что белеются костяшки.
Самолет дрожит, отрываясь от земли, и Царапкина неосознанно хватает меня за руку. Тонкие пальцы впиваются в ладонь так, что мне становится больно, но я терплю.
- Можешь отпускать, - шепчу ей на ухо, когда самолет выравнивается.
- Извините, - бормочет Полина, краснея и одергивая руку.
- Обращайся, - усмехаюсь я и утыкаюсь в телефон.
Полина отворачивается, но через полчаса ее веки закрываются. Она засыпает, а её голова падает мне на плечо.
