Поаккуратнее тут надо с языком, а то мало ли, напишет какую жалобу их великолепному королю, мол, госпожа духов призывает и слова незнакомые говорит, приедьте, смилуйтесь, сожгите ее на костре, а то страшно всем… трем жителям крайних земель. Я улыбнулась, словно все это было не со мной, а в какой-то сказке, хотя ситуация была – плакать навзрыд. Но мы не пальцем это… деланы. Дали жизнь - живи как человек, не как бабуин.
Рыбу я промыла, надрезала у хребта, чтобы косточки мелкие не донимали, осмотрелась в поисках соли, но не нашла.
— Соль где в вашем этом королевстве хранится?
— Соль? – удивленно спросила моя верная подданная, и мне стало страшно – а вдруг тут и соли нет? А потом вспомнила, что бульон то был соленый!
— Ну, белая такая штука, которую в похлебку сыплют.
— А! Соль? – переспросила меня Лидия, глаза которой все еще не вернулись на место. Я даже испугалась, что она такая лупоглазая и останется.
— Да, она. Неси, - я старалась не смеяться, понимая, что это просто нервное. И заметив, что она пошла из кухни, решила пойти следом, а то каждый раз придется потом объяснять, что такое соль и зачем она мне.
Вот тогда-то я и попала во вторую дверь, которая вела из зала. Там закрома оказались куда внушительнее. Это тоже была кухня, и здесь стояли миски с солью, сухарями, три вида крупы в мешках размером с наволочку.
— Лидия, вот скажи мне, что ты думаешь, когда я прошу показать мне еду?
— Что?
— Значит я говорю о всей еде в этом доме. Я ведь уже было подумала, что кроме камней здесь и нет ничего.
Вели лавку принести в комнату, да постели на нее Карисе матрас. Подушку найди и одеяло. Поняла? – медленно сказала я, поняв, что слишком строга я к девчонке. Да, не Лизонька она. Та и умна и расторопна, да и жизнь ведь совсем другую жила.
— Поняла, - ответила та, и заметив, что госпожа больше не гневается, а только улыбается странно, вышла.
— Ну вот, теперь и заживем, как нормальные люди, - осмотревшись, сказала я вслух. Оценив здесь очаг и печь, столы и полки, нашла много трав, которые пахли ягодами.
Может это и заварить можно? Только у кого спросить? А то выпьешь в блаженной радости, а к утру у самой хвост отрастет. Закрытые снаружи ставни следовало открыть. Тонкие щелки, сквозь которые солнце сейчас пропускало лучи, притягивали внимание. В этих лучах, будто волшебный порошок из сказок, блестящий и воздушный, переливалась пыль. Все здесь было как с картинки о быте в средневековье. Я радовалась тому, что нахожу в этой ерунде что-то хорошее.
