— Это рыба, Лидия, - довольная уловом, пробурчала я как кот..
— Я вижу, только на кой она тут? – не переставала удивляться моя служанка.
— На той! Готовить ее будем. Вижу, там, под котлом еще угли есть, - посмотрела я, и подошла ближе. Нашла кочергу и помешала в очаге. – Раздуть надо маленько, и в самый раз.
— Готовить? Да это разве вам можно? – Лидия опять начала выпучивать свои и без того огромные глазищи, и мне показалось, что они выпадут и покатятся по каменному полу.
— Куски хлеба в бульоне мне, значит, можно, а рыбу, запечённую на углях – нельзя?
— Такую – нет.
Это ж для крестьян еда, - она не унималась в своем непонимании ситуации. Скорее всего, девочка выросла в замке, и выучила эти правила на зубок. В этом не было ее вины.
— Неси нож, и мы разберемся, можно ли есть господам то, что едят крестьяне. Ты замечала, что у меня такие-же, как и у тебя ноги, руки, голова. А значит, мы одинаковые, девочка, и есть нам можно все!
— А кто ее чистить будет? – она ходила около стола, боясь подойти, а тем более притронуться к ней.
— Видимо, я, - выдохнув, ответила я не своим, а тоненьким, почти девчоночьим голоском, принадлежавшим Алисии. – Неси фартук, коли он есть в этом доме.
[1] Все частушки, представленные в книге, написаны специально и принадлежат авторству Марьяна Брай
Глава 5
Фартук Лидия нашла в углу. Там, в пыльной куче оказалось много добра, которое не успели растащить. Еще раз выдохнув и посчитав про себя до десяти, я принялась чистить рыбу не особо острым ножом.
Лидия стояла с открытым ртом и пялилась на меня, как на пришельца. Неужели она и жизни простой не видела, - подумала я.
— Неси воду. Два ведра, - заявила я и начала потрошить свой будущий завтрак, а по времени, он же и обед. – Не потопаешь, не полопаешь, дорогая моя служанка хозяйки крайних земель.
— А как вы ее готовить собираетесь? Сами?
— Нет, прилетит вот волшебник в голубом вертолете, и пожарит нам рыбу, вычистит весь этот хлам, набьет закрома пшеницей, и заживем тогда… Сами будем жарить, деточка!
— Госпожа, у вас изо рта какие-то слова… Это заклинание? – открыв рот, смотрела на меня Лидия, которая, как я считала, должна была уже бежать обратно с водой.
— Если ты воды сейчас же не принесешь, я умру от голода прямо перед тобой. Знаешь, как тебе будет стыдно?"
"Лидию как ветром сдуло, а я принялась чертыхаться, потому что язык мой «молол» лишнего.
