Внутренний зверь срывается с цепи, требуя взять своё. И я отдаюсь на волю этой похоти, этому желанию заклеймить собой, подчинять снова, и снова, вбиваться в податливую плоть, слышать её стоны и чувствовать, как безоговорочно она вверяет мне своё тело, всё ещё сонная, мягкая, доверчивая.
Слишком уставшая, чтобы до конца проснуться, Нэлли приходит в себя, лишь когда начинает сотрясаться в оргазме, сжимая мою плоть так сильно, что даже в глазах темнеет. Ловя её затуманенный взгляд, впиваюсь в распахнутые губы, впитывая гортанные вскрики.
Поясницу уже нестерпимо тянет потребностью в освобождении, и её наслаждение толкает меня за край, заставляя вонзаться ещё сильнее, глубже, почти грубо, пока не изливаюсь в гостеприимное нутро, чувствуя как наполняет её моё семя, вжимаясь так глубоко, как только возможно. Ни с кем я не ощущал такой опьяняющей легкости, даже опустошения, словно весь мир сосредоточен лишь на нас двоих. Именно в этот момент мне, как никогда, хочется зародить новую жизнь в женском чреве.
Я хочу, чтобы она носила моего ребёнка. Но сейчас не время. Пока не перебью всех, кто смеет угрожать Нэлли, делать её беременной и более уязвимой не стоит."
"— Доброе утро, свет мой. — шепчу в припухшие губы, с удовольствием отмечая, что её тело всё еще вздрагивает от пробегающих волн оргазма. Знаю, что эгоистично будить её так рано, что стоило бы дать Нэлли выспаться, но слишком уж сильно было искушение взять её снова.
А ещё сегодня слишком важный день и я хочу подготовить её к предстоящему.
Тем более с учётом нового фактора.
– Ммм, доброе, ваше величество. — мурлычет сонно и сыто моя, наконец, жена. Мне нравится видеть её такой. Пожалуй, проверка в её покоях затянется.
Нэлли
Как сладко начиналось это утро и как же страшно мне сейчас. Яргард пару часов потратил на то, чтобы ввести меня в курс дела и я теперь думаю, может зря. Может лучше бы я не знала? Хотя кому я вру? Предпочитаю знать, что меня ждёт и что я должна делать, а не идти на заклание слепой овцой.
А так, раз надо, сцеплю зубы и сделаю. Тем более, что мне есть перед кем держать лицо. И это даже не мой прагматичный садюга муж. Не-е-ет. В роскошной королевской карете, с гербами на резных дверцах, запряжённой шестёркой великолепных белоснежных лошадей, что величественно катят нас к главному Храму Великой Праматери, рядом со мной сидит и тревожно заглядывает в лицо Тай.
