Она потеряла счет времени, чувства пространства и всяческие ощущения.
Казалось, она забыла все. Но в голове упорно сидела мысль: «Брент-Брент-Брент…»
Возможно, он стал крючком реальности, который удерживал ее от полного погружения в мир своего безумия.
Когда она пришла в себя, Джесс не могла сказать точно. Может быть, прошла минута, а может быть – половина вечности.
Некоторое время она находилась в странном пограничном состоянии.
Девушка понимала, что в сознании и не спит. Она открыла глаза, удивленно разглядывая больничную палату.
Но при этом Джесс не могла шевелиться и говорить. Руки и ноги не слушались ее, с губ не срывались слова о помощи. Ее охватило оцепенение. Как будто бы она умерла.
Это было страшно – осознать себя парализованной. И ужас нахлынул на Джесс горячей волной.
Как бы она ни пыталась, но пошевелить хотя бы пальцем не получалось.
На грудь давили невидимые руки. Дышать было тяжело.
В углу заскреблись чьи-то железные когти, и Джесс увидела сидящего там карлика в красном колпаке, который скалил черные зубы.
Вместо глаз на безобразном лице сияли провалы.
Когда Джесс почти задохнулась – от нехватки кислорода и всепоглощающего животного страха, все прошло.
Она заснула по-настоящему.
* * *– Мэлоун, чем тебе не угодил мой друг? – спрашивает Джеймс. Он упирается руками о парту и смотрит на Джесс внимательно, чуть насмешливо. Их лица – напротив друг друга, совсем близко. Преступно близко.
Чтобы увеличить расстояние между ними, Джесс откидывается на спинку стула и складывает руки на груди.
– Когда ты успел стать Стивену нянькой, Уорнер? – задает она вопрос.
Со Стивеном они расстались несколько месяцев назад, потому что для нее существует лишь Брент. Кроме него, ей никто не нужен. От чужих мужских губ тошнит, чужие руки кажутся ей отвратительными.
Им осталось потерпеть всего пару месяцев до экзаменов, и они уедут в университет. Там они не станут скрывать свои отношения. Там их ждет свобода.
– Ты его бросила, он в депрессии, – врет Джеймс. Он смотрит на вырез ее кофточки.
Джесс через силу улыбается. Стивен был огорчен ровно три дня. На четвертый – напился на вечеринке и переспал с двумя старшеклассницами. Сейчас сменил третью девушку и счастлив.
– Не говори глупости.
– Ты заставляешь говорить меня глупости, – шепчет вдруг Джеймс. – Чем тебе не угодил я?
Он тянется к ней, и между их лицами вновь совсем небольшое расстояние.
Джесс слышит его тяжелое дыхание.
– Тем, что ты – парень моей подруги? – пожимает она плечами.
