Что резала живого человека ножом, хаотично, нанося боль и увечья. Мои руки до сих пор дрожали, внутри меня что-то сломалось от всех этих событий.
— Я не хотел… я не знал, что так случится. Алистер, мы не виноваты, — бормотал Седрик, заработав злобные взгляды Джоэла и Энтони.
— Ваши и наши поступки будут рассматривать королевские дознаватели. Нет никакого смысла пытаться что-то объяснить, это ничего не изменит.
— Дознаватели… но как? Мы же ничего не сделали! — Седрик не мог понять, почему это происходит, не мог поверить, что все зашло так далеко.
— Генри мертв, Седрик! Грегуар и Элли серьезно ранены. Элли хранительница, и вы должны были защищать ее! Судя по словам Касила, всю ситуацию можно было предотвратить. А теперь заткнись и сосредоточься на дороге.
Остаток пути мы проделали по большей части в молчании, разговаривая только на тему непосредственных задач в данную минуту. Со временем головная боль ухудшилась, и я чувствовала, что манера передвижения рациканов сказывается на мне отрицательно. В какой-то момент я даже попросила остановиться, после чего меня вырвало.
Думаю, что у меня было сотрясение мозга.
Вероятно, наставнику также вредило такое передвижение, когда нас постоянно трясло. Он не приходил в сознание уже несколько часов.
Но выбора не было.
Мы все облегчённо выдохнули, увидев очертания невысоких строений, которые быстро приближались. Животные сильно измучились, двигаясь без остановок, и я была удивлена, что они ещё не упали от усталости.
Как только мы пересекли границу с пустошью, Алистер сразу же направился к дому старосты.
К сожалению, в деревне задержались некоторые репортёры. Наше возвращение планировалось только через четыре дня, поэтому журналистов было мало, но тем не менее несколько из них своими глазами наблюдали наше возвращение."
"Видели мертвого Генри.
Раненого наставника, которого на руках заносили в дом.
Меня, всю покрытую кровью, с забинтованной головой, которую также на руках вносили внутрь.
Де Монте и Эгмонта, чистых, без единого повреждения.
Алистера, который тут же потребовал почтового голубя - я знала, что он составит отчёт королю.
О реакции Феликса Второго не хотелось даже думать.
Ближайший маг-медик находился в двух часах езды от деревни, и староста сразу же отправил к нему голубя. Меня и лорда Лойта уложили в гостиной на кушетки, очевидно, ребята боялись нас беспокоить или трясти ещё сильнее. Я очень волновалась за наставника, он давно не приходил в сознание, и все, что я слышала, это его хриплое дыхание.
