И это была причина, по которой я не торопилась принимать гражданство империи - их система ""защитников"" означала, что женщина находилась под наблюдением мужчины, будь то глава рода, дядя, муж или же сюзерен. Этот мужчина был ответственен за жизнь женщины и мог запретить ей те действия, которые считал опасными для жизни и здоровья, а если же такие действия разрешались, он должен был сопровождать её. В идеале я хотела получить гражданство империи просто для того, чтобы дополнительно обезопасить себя. В целом политическая и социальная система в Валледе меня устраивала больше, чем та, что была в Империи.
Я любила независимость.
Поэтому мой ответ принцу был куда короче, чем его письмо. Я поблагодарила за подарок, поинтересовалась здоровьем его и его близких и задала вопрос о том, какие именно ограничения наложит на меня принятие гражданства. Принц Лансель ничем не заслужил мои сомнения, но мне нужно было знать все детали, прежде чем принимать столь важное решение.
Освежившись, направилась в приемную к королю, приветствуя многочисленных знакомых по пути.
Люди выглядели недовольными, жаловались на суровый нрав короля, который в последнюю неделю рвал и метал, требуя исполнения всего и сразу. В приемной, кроме меня, находилось ещё двое людей, которых я не знала.
Первый человек вошёл, но вылетел из кабинета буквально через пять минут, при этом он был настолько взволнован и напуган, что заметно трясся и не мог сказать даже пары слов.
— Не появляйтесь, пока не найдете пропавшие запасы! Возьмите бездельников из гвардии, если вам нужны лишние руки, расспросите каждого! — гневно бросил Феликс, выглянув из-за двери и увидел меня, терпеливо ожидающую своей очереди.
— Миледи Торнхар, — король бросил только два слова, но явно имел ввиду, что ждёт следующей именно меня. Женщина, которая должна была идти следующей, облегчённо вздохнула, явно не желая встречи с королём. У меня же от звука его голоса сердце забилось быстрее.
Пройдя в кабинет, я почти физически почувствовала, как звуки вне помещения исчезли, несмотря на то, что дверь была открыта - здесь явно действовал артефакт тишины.
Феликс не стал садиться за своё рабочее место, а сел в одно из двух кресел, которые стояли напротив его огромного стола.
— Что-то случилось? — спросила я, присаживаясь во второе кресло, и поймала долгий, почти тоскливый взгляд Феликса.
Монарх всё так же не отвечал, поэтому я переспросила:
— Ваше Величество?
— Нас никто не слышит, обращайся ко мне по имени.
