Женщина на регистратуре, которая не особо заинтересована моим ночным появлением. Писк какого-то оборудования, шум сантиров, попытки остановить меня.
Это всё смешивает в неразборчивые обрывки воспоминаний. Что, если он пострадал слишком сильно? Что, если он сейчас умрёт? А я… Как я смогу жить, зная, что всё из-за меня. Не уследила, не стерпела. Не смогла себя укротить, чтобы Ян был в безопасности.
– Что ты…? – друг щурится от света, охает, когда я падаю на него. – Адель? Тише, в рёбрах только трещина, не доламывай их до конца.
Ты же не плачешь, правда? Удостоила меня такой честью.
– Придурок, - бью его по руке, где стерта кожа. Долго извиняюсь. – Я подумала, что… Тетя Катя сказала за аварию, и я примчалась, не могла…
– Пацан в порядке, не пострадал. Я не брал его с собой, нужно было мотнуться по делам. Яну ничего не угрожало. Она тебе не сказала, что я был один?
– Сказала, конечно. Она мать, понимает, что моё сердце могло остановиться из-за путаницы с именами. Но… Это ведь ты, Ян. Как я могла среагировать, если мой заклятый друг попал в больницу? Ты в порядке, тебе ничего не нужно?
– Дай мне отойти от шока.
Ада проявляет человеческие качества? Нет, не верю.
Толкаю его в плечо, даже не извиняясь. Злюсь, что когда меня прорывает на эмоции, Ян начинает над этим потешаться. Я знаю, что материнство сделало меня мягче и слабее.
Приходилось ломать себя ради сына, чтобы он не видел меня отчужденной и замкнутой. Улыбаться, хотя раньше я редко делала это искренне. Проявлять сочувствие, кусая язык, когда хотелось использовать привычный яд, чтобы решить все споры.
– Это Халид, - заявляю решительно. – Решил наказать и меня, и тебя за то, что помог с побегом.
– Надо звонить Арабине, я говорил. У меня сейчас не то положение, что раньше. Да и тогда я бы не вытащил без её помощи. А сейчас… Старые связи потерялись, восстанавливать сложно. И, Ада, не уверен, что тут замешан Халид.
– Конечно он!
Раздраженно спрыгиваю с кровати, нарезаю круги по палате. Кто ещё виноват, как не Халид? Не верю, что именно сегодня, так случайно, Ян попал в аварию.
Да и ещё и выжил, хотя судя по рассказам, это было чудо. Просто Халид всё рассчитал. У него ведь только один козырь против меня – мой друг. И потеряв его, ничто меня не удержит в стране. Ведь о сыне никто не знает.
А Халид умный. Он знал куда и как давить. У него много людей, кто смог бы организовать всё чётко и без смертей. Продемонстрировать мне власть, напомнить моё место.
– Ада.
