Хотя нет, желание всё ещё есть, но не связано с тем, что Ада почти что голая. Она в любой одежде привлекает внимание мужчин.
Которое обрубается, стоит другим увидеть меня.
– Хаджиев, старый пёс, - Шах, единственный кто жив после подобного обращения, хлопает меня по спине. – Сегодня со спутницей?
– Практическое занятие.
– Ну-ну, - друг посмеивается, кивает на лоджию в центре зала. – Присоединишься?
– У меня сегодня соло.
Веду Аду за собой на верхний ярус, где частные места. Отделённые кабинки с видом на ринг.
При другом раскладе я был бы не против перетереть с Шахидом. У меня была дело к нему по поставках, но это можно было решить позже.
Как и плату, которую я приготовил Саиду. Брат, сука, а плату потребовал. Что значило – я его девку тоже запру и не выдам, потому что мстить умею. Но пока Саид потребовал открытые границы с Азербайджаном, чтобы не мешал ему катать контрабанду.
Проверим, стоила ли такой платы Ада.
– В качестве мести ты приводишь людей на скучнейшее и жестокое шоу, чтобы напугать? – Ада забрасывает ногу на ногу, смотрит на меня.
– Или…?
– Смотри на ринг, Ада. Сегодня там будет боец Шаха и мой человек.
– Предатель?
– Именно. Он посмел поднять руку на моего племянника.
– Да? А чтобы ты сделал, если бы он попытался его убить?
– Убил бы его, без шанса выжить. Я ценю свою семью, Ада.
– И ещё один вопрос, если можно. Твой племянник рождён в законном браке? Просто интересно.
– Естественно. Моя сестра приличная девушка.
Будь это не так, отец бы вздёрнул её после первого подозрения.
Нурлана пошла в мать, слабая и ранимая, нуждалась в постоянном присмотре. И Назар давал ей твердую мужскую руку, которая не даст сестре загулять.
– Естественно, - Ада качает головой, горько усмехается. – Даже не сомневалась в этом.
Алана, который решил самоубиться, подняв руку на ребёнка, выводят на арену. Не сопротивляется, понимает, что если взбрыкнёт – разбираться и жалеть не буду. А так у него есть шанс выжить.
– Смотри, - разворачиваю голову девушки в сторону предстоящего боя.
– Не смей отворачиваться.
Ада сжимает челюсть, но смотрит вперёд. Вздрагивает, когда Алану прилетает первый удар. Но стойко переживает вид крови, не отворачивается и не корчит оскорбленную невинность.
Смотрит спокойно, как на бой по телевизору, пока толпа ревёт, заражаясь общим настроением.
– Я видела хуже, Халид, - заявляет в момент, когда Алан отступает к краю ринга. – Этим меня не напугать.
– Любительница боев?
– Участница.
