А сейчас даже не пытается шипеть, так, фыркает. Всё из-за гребанного Яна, ради которого готова умереть, лишь бы его не трогал. И за это его хочется убрать ещё быстрее.
Пусть порыдает над его могилой, а я утешу. Потому что у этой девки не будет никого, кроме меня. Говорил ей уже раз и нет нужды повторять.
– Халид, - мнёт пальцами край ремня, смотрит на свои колени. – Почему ты просто не можешь дать мне уйти? Мы бы начали с Яном спокойную жизнь, далеко, ты бы больше не увидел меня и его, правда. Нас с тобой никак не свяжут, всё будет нормально.
– Заткнись, Ада. Ты молчишь и не отсвечиваешь, если не хочешь, чтобы я начал разбираться прямо здесь.
– Есть разница? – раньше бы с ядом спросила, издёвкой, но сейчас сплошная обречённость. – Здесь или неизвестно где? Ты меня убьёшь?
– Думаешь, я поступаю с предателями по-другому?
– Так просто? Оставишь Яна без…
– Ещё слово и обещаю, Ада, Ян получит пулю в башку сегодня же. Будь смирной и посмотрим, что я смогу тебе простить.
Она, наконец, замолкает.
Отворачивается к окну, позволяя мне заметить, как дрожит нижняя губа. Сука. Бесила меня своим характером тогда, теперь бесит своей слабостью.
Сравнялась с другими девками из моего окружения. Такая же овца, принимающая любой поворот событий. Что-то мне подсказывает, что попытайся я сейчас её трахнуть – она позволит.
Никакого сопротивления, огня в медных глазах. Ничего того, что так заводило в той девчонке. Теперь реально Адель, милая и слабая, которая слова против не скажет.
– Паспорт свой дай.
– Зачем?
– Я говорю, ты делаешь. Без тупых вопросов.
– У меня с собой нет. Остался дома. Если привезёшь меня обратно, то я покажу. Не вопрос. Кажется, ты уже должен был понять, что я не спорю с тобой, Халид. Делай со мной что хочешь, просто не трогай Я… того, о ком ты велел не говорить.
– Посмотрим.
Гоню по ночной трассе, впервые за долгое время. Расслабился, привык кататься с охраной и водителем. Аслан был отличным работником, давно пришел в это дело, ещё до меня.
Но сегодня его отпустил.
Охрана плетётся впереди и сзади, поджимают, контролируют угрозу. Сейчас попытки меня убрать поутихли, две в месяц – золотой, блядь, стандарт. Но четыре года назад мне приходилось выживать. Рвать всех, кто пытался подобраться ближе.
Из-за девки, которая сидит на соседнем сидении.
– Старый склад? Банально.
Выпрыгивает из машины, стоит затормозить. Показывает зубки, и тут же отводит взгляд, ломаясь.
