Вздрагиваю от того, что его тяжёлая ладонь ложится мне на плечо, обнимает меня и притягивает к себе. И тут же шепчет мне на ухо: — Или ты хочешь провести первую брачную ночь в отчем доме?
Какая жена, какая брачная ночь? О чем он?! Он ведь так и не сделал мне предложение.
Внутри все противно переворачивается, отвратительный ком подкатывает к горлу, когда я вспоминаю о своей недавней находке: обручальном кольце. Теперь я ни зачто не скажу ему “да”.
— Ничаво вы мне не мешаете! Тебя тут, сынок, всехда рады видеть.
— у мамы улыбка до ушей и настроение веселое.
Мама?! У меня нет слов уже, чтобы выразить вс. гамму негативных чувств по отношению к этим людям.
— Ты что такое говоришь? — шиплю бывшему жениху в лицо. Приходится задирать голову, чтобы смотреть в его лживые глаза. — Какая еще брачная ночь?
— Та самая, которая следует после росписи в ЗАГСЕ, — как глупому ребенку разъясняет, а меня словно молнией прошибает.
— Что…
Совсем не понимаю о чем он говорит.
— Катя, — уже жестче проговаривает Дима, вплотную нагнувшись к моему уху и опаляя горячим дыханием.
Хочу его оттолкнуть, только он сильнее прижимает меня к себе, — хватит устраивать сцену при матери. И ты видишь, что она на моей стороне. Поэтому быстро одеваешься и выходишь со мной из дома. И не думай совершать глупости. В этот раз тебе некому помочь. Пойдем поговорим спокойно в машине.
Он давит на меня своей огромной тенью. По коже пробегают ледяные иголки и тело покрывается мурашками.
Могла ли я опьянеть от стоящего в доме запаха алкоголя и его паров? Поэтому мне все мерещится? Ео слова мне кажутся бессмысленными.
У меня начинает болеть голова, будто стальным обручем обтягивает черепную коробку.
— Давай, котенок, пошли, — подталкивает меня к выходу, многозначительно давая понять, что нам пора.
Мой мозг противится понимать происходящее. А я физически устала настолько, будто меня переехал асфальтоукладчик.
При маме мне вправду не хочется устраивать истерику, потому что еще одну восхваляющую реплику в сторону Димы я просто не выдержу и взорвусь.
"
"Коротко киваю головой, и молча шагаю рядом с Димой. Он все также приобнимает меня и не отпускает мое плечо.
Он снимает свободной рукой куртку с вешалки, прощается с моей мамой, а я в ее сторону даже не гляжу.
Дима накидывает куртку мне на плечи и выходит из дома уверенной походкой победителя. Он уже не смотрит на меня, думая, что я буду следовать за ним беспрекословно.
