Завтра с самой рани мне нужно на работу, — зачем-то оправдалась и впервые испытала чувство стеснения в присутствии Игоря.
Буланский являлся обладателем яркой внешности. Холодного цвета сине-серые глаза идеально сочетались с тёмно-каштановыми волосами, а благородные черты лица невольно притягивали заинтересованные взоры представительниц противоположного пола. Солидный и до неприличия обеспеченный мужчина три года назад развёлся, по неизвестным причинам, с женой и теперь находился под пристальным вниманием женщин всех возможных возрастов.
Завидный холостяк — так писала о нём пресса.
— А может, ты не поедешь сегодня домой? — вдруг предложил Игорь, сделав последний шаг, сокращающий расстояние, между нами.
Я растерялась от заданного вопроса, но его это нисколько не смутило. Наоборот, он был настроен решительно. «Завидный» мужчина практически врезался в меня, затем обошёл сбоку и встал за спиной.
— Как это понимать? — спросила, уставившись в пол, а в ответ он прикоснулся рукой к шее. Игорь провёл по ней пальцами, шумно вдохнул воздух возле уха.
Я же ощущала исходящий от него смешанный запах дорогого виски, сигар и терпкого парфюма.
— Я давно не ровно дышу на тебя, красавица, — ошарашил откровенностью Буланский и тут же отошёл в сторону.
Пока я собиралась с мыслями и раздумывала, что это было: комплимент, насмешка или пьяное признание, хозяин дома продолжил:
— Но ты не замечаешь никого вокруг, кроме своего Романа. Он недостоин тебя.
Буланский явно перебрал спиртного. Иного объяснения происходящему не находилось.
Крепкий градус, похоже, сильно ударил ему в голову. Стараясь избегать резких движений, осторожно сделала несколько шагов. Возможно, я поторопилась, потому что мгновенно была захвачена в крепкие мужские объятия.
— Алька, ну почему ты такая гордая? — прошептал Буланский и поцеловал в шею, а мой позвоночник прошиб ток. Я испугалась ответной реакции на него. Давно ко мне так не прикасались, несмотря на замужество. — Останься. Стань моей женщиной! Я редко такое предлагаю кому-либо.
— Игорь, отпусти! — тихо попросила его. Я понимала, что ещё чуть-чуть и произойдёт чудовищная ошибка.
Два года Буланский работал с Романом и никогда раньше не выказывал никакой симпатии по отношению ко мне. Здоровался сухо, прощался тоже, на общих мероприятиях держался учтиво или в стороне. Его постоянно окружали женщины, и я не понимала, что на него сейчас нашло. Заметив моё замешательство, он ослабил хватку, а я смогла выскользнуть.
