Сейчас же он проделывал что-то невероятное и определённо забытое. Так он брал меня очень давно, на заре наших отношений.
Резкие, сильные толчки наполняли до предела. Его глухие стоны от испытываемого удовольствия смешивались с моими. Руки активно поглаживали тело. Остановившись на полушариях, Рома проворными пальцами сжал соски.
— Твоя грудь всегда мне нравилась. Высший класс! — хрипло произнёс он и припал к левому губами. Прикусив сосок, немного оттянул его, а затем резко отпустил и шлёпнул по груди. Возбуждение лавиной прошло вдоль тела, опалив жаром сокровенное между ног.
Это определённо новое действо в нашей интимной жизни, и оно нереально заводило.
Шлепок перешёл на вторую грудь. Требовательные губы вбирали сосок, а проворный язык нежно обвёл ареолу. Я томно выдохнула и услышала шёпот мужа. Рома поделился, как он хочет оттрахать меня.
Это тоже что-то новенькое. Не успела я рот раскрыть, как муж резко вышел из лона, перевернул на живот, заставил встать на четвереньки. Он привязал мои руки к спинке кровати разорванной сорочкой.
Следом резко вторгся сзади так, что аж ноги судорогой свело.
— А-а-а…! — вырвался крик из горла.
Рома трахал жёстко, в быстром темпе, отвешивая щедрые шлепки по попе. Он плотнее прижался к спине, обхватил руками за полушария. На удивление он мягко сжимал их. Ему действительно всегда нравилась моя грудь. Твёрдая тройка, не утратившая форму и упругость, несмотря на возраст и гравитацию.
Муж продолжал движения, не забывал проводить по уху языком и слегка прикусывал мочку, а затем шепнул:
— Ты сегодня слишком мокрая, Аля.
Слишком… меня это безумно возбуждает… хочется трахать без остановки...
Пожалуй, этим утром наш секс побил рекорды продолжительности за последние пять лет. Заниматься интимом с мужем по-быстренькому раз в месяц после десятилетнего брака и напряжённой работы до вечера, наверное, нормально. Разве я мола понимать что-нибудь в нормальности теперь?
Теперь, когда он, как сорвавшийся с цепи цербер, методично ударял по чувствительным точкам и доводил до острого оргазма.
В момент, когда я взорвалась, Рома прикусил шею, крепче сжал руками бёдра и стал толкаться ещё сильнее. Я чувствовала, что он сейчас кончит.
— Только не в меня, Ром! — выпалила, задыхаясь. Но он сделал вид, что не слышит. Продолжил фрикции и опять шепнул на ухо:
— Да какая разница, Аля? Всё равно ничего не получится. Хочу в тебя…
Разрядившись семенем в меня Рома что-то мычал или … не знаю. Я сама находилась в прострации.
