И что это на нем? Наташа, взгляни сюда, — попросила я ее, показывая на следы кроссовок, четко отпечатавшихся на всех полках этого стеллажа. — Как ты думаешь, кому могло понравиться лазить вверх и вниз по пустым полкам?
— Может, хозяин любит экзотику и держит макаку, шимпанзе, орангутанга или другую какую обезьяну?
— Ну да, и она ходит у него в кроссовках и по утрам бреется опасной бритвой, а в остальное время высматривает непрошеных гостей вроде нас с тобой. Высмотрев, она приканчивает их все той же бритвой, а трупы прячет в котельной под грудой угля, — съязвила я.
— Меньше читай Эдгара По."
"— Хватит издеваться, — возмутилась Наташа. — Раз ты такая умная, объясни, зачем под каждой полочкой на этом таинственном пустом стеллаже с обеих сторон приделаны тугие пружинки. Смотри, я ставлю ногу — и полка под моей тяжестью опускается примерно градусов на 20 вниз, так что стоять на ней неудобно. Как же этот, в кроссовках, забирался наверх?
Тут меня внезапно осенило. По жару, разлившемуся по всему телу, я определила, что по крайней мере близка к истине.
Так всегда со мной бывает, когда я долго ломаю голову над задачей, ответ неожиданно приходит сам собой.
— Наташа, посмотри на люк. Возле него два крепления, как по заказу. Если нам удастся наклонить стеллаж к люку, то крепления примут на себя тяжесть стеллажа и удержат его в наклонном положении.
— А мы сможем подняться по полкам как по ступенькам! — ликующе воскликнула Наташа.
— Вот именно. Помоги наклонить это сооружение.
С большим усилием, потребовавшим напряжения всех частей тела, ибо ноги разъезжались на полу, мы пригнули сооружение и получили импровизированную лестницу.
Стеллаж охотно повиновался нам. Самая нижняя его часть уходила в пазы пола, и можно было не опасаться, что в момент нашего восхождения стеллаж неожиданно заскользит по полу под тяжестью двух тел. Крепления наверху тоже выглядели солидно и внешне заслуживали доверия. Потому мы отбросили колебания и вскарабкались наверх. Это удалось легко, хотя перед восхождением мы разулись, чтобы не оставить следов, и теперь держали свою обувь в руках, поэтому цепляться за ступени мы могли одними ногами, но полки под ногами послушно поворачивались и превращались в удобные ступеньки.
Я шла первой и где-то на середине у меня возникли вполне закономерные вопросы: в какую комнату ведет люк из мастерской? Что, если я вылезу прямо под ноги крепыша в очках?
Остановившись между полом и потолком, я задала эти вопросы Наташе.
— Во вторую, конечно.
