Разумных выходов из затруднительного положения я могу придумать хоть дюжину, а сделаю все вопреки рассудку, руководствуясь непонятно чем.
— Ты же знаешь, что я пойду с тобой? — обреченно вздохнула я. — Зачем же устраивать этот спектакль?
— Пойдешь, да? — обрадовалась Наташа. — Я уж думала, что на этот раз ты откажешься ввязываться в историю. Я бы тебя поняла. Как сейчас помню, какими словами обзывал тебя тот старичок, которому я кусок мяса за шиворот сунула. Он ведь так и не поверил, что это я сделала. Решил, что тебя выгораживаю.
Кстати говоря, почему его ребята тебя тогда не пристрелили?..
Зря она эту историю вспомнила. Тот старичок был большим авторитетом. И в том ресторане, в котором мы подрабатывали с моей подругой, он считался грозой всего общества. Ресторанчик располагался недалеко от нашего дома и посещался всякой шушерой и бандитами покрупнее. По какой-то одной ей ведомой причине, а в том, что причина была, Наташа поклялась потом всеми святыми, она сунула обжигающе горячий бифштекс этому уважаемому бандиту сзади под воротник его смокинга.
Причем схватила его прямо с тарелки, которая была в моих руках. И улучила момент, когда рядом со старым бандюгой сидел только один молоденький охранник, да и тот отвлекся на стриптизерш, которые здорово изгалялись в полутьме на сцене. Больше, ручаюсь, куда ни попадя на работе он глазеть не будет. Да и все в ресторане таращились на то место, где работали девочки, и на нас с Наташей внимания не обращали. Все произошло так быстро, что я и рта для удивленного вопля открыть не успела, как уже стояла с пустой тарелкой, а ее содержимое вместе с гарниром, соусом, расплавленным сыром и кусочками ананаса, истекавшими соком, переместилось за шиворот авторитета.
Ресторан огласился его обиженным и пронзительным визгом, от которого уши закладывало. Что было дальше — вспоминать не люблю. Все указывало на меня, и подозрения, конечно, пали на меня. Именно я стояла за спиной этого матерого бандюги, и пустая тарелка в быстром разбирательстве была неопровержимой уликой против меня.
История эта для меня кончилась увольнением. Я была очень довольна, что так легко отделалась, потому что сам старичок оказался ужасно кровожадным и требовал более строгого наказания для меня. Я в ту ночь еле ноги унесла от него и его ребят. До сих пор с содроганием вспоминаю, как Ник — наш администратор — отправил меня через запасный выход на улицу, а погоню, снаряженную за мной, направил к центральному входу.
