Наташа упрямо отказывалась. Спор грозил затянуться. Выручил нас мальчишка, тащивший огромную зеленую сумку с книгами.
В библиотеке существовало и существует по сей день понятие «рейс». Означало оно следующее. Несколько раз в день затребованные читателями или находящиеся в обработке книги переносили из фондов, где они хранятся, в читальные залы или на абонемент. Вот такой рейс мы и повстречали. Книги сопровождались кучей документов, в которых указывалось их число, иногда названия, место назначения и все такое прочее.
Милиционер закопался с головой в бумаги, сверяя их с книгами, и на время забыл о нас. Когда он вспомнил и вспомнил ли вообще, я не знаю. Мы к тому времени были уже далеко. По правде говоря, мы были далеко уже ровно через полминуты, если считать с того момента, когда он наклонил свою голову над бумагами.
Нам надо было успеть проделать массу действий. Выудить гардеробщицу, которая, как назло, исчезла из поля зрения, получить наши пальто, одеться, не попадаясь на глаза девице. Догнать ее нам удалось только на Невском.
И кавалер ее был тут же. Это нас искренне порадовало. Они опять оживленно поболтали о своем и перешли на другую сторону проспекта. Когда они оказались на другой стороне, то их стало уже трое. Где-то на середине пути к ним присоединился светлоголовый парень. Как это у него получилось, понять я не смогла. Мы же ни на миг глаз от этой парочки не отводили.
— Ты видела? Как он умудрился? — спросила я у Наташи.
— Ты его узнала? — вопросом на вопрос ответила она.
— Нет. Но неужели это Амелин?
— Он, голубчик, — с глубоким удовлетворением в голосе произнесла Наташа и вся прямо осветилась зловещей ухмылочкой.
Я поняла, что Амелину от расправы не уйти. Наташка может потратить годы своей бесценной жизни, но негодяя достанет. И не скрыться ему от нее, не спрятаться. Бедняга. Тут я его могла даже немного пожалеть, потому что знала дьявольскую натуру Наташки, способную испортить жизнь кому угодно. Радости жизни ему больше не видать. Наташка умудрится полностью отравить ему существование.
Так что он сам пойдет в милицию и покается во всех своих темных делишках, лишь бы от нее избавиться.
Тем временем этот бедняга, не подозревающий о несчастье, которое подстерегает его буквально за углом, обнял и поцеловал девицу в щечку, пожал руку мужику и они скрылись в дверях кафе-мороженого. Мы подобрались ко входу в подвальчик, где, собственно, и располагалось это кафе, и приступили к выработке новой стратегии.
