Унизительно для меня, и это решение окончательно бы извратило Романа в беспринципного мерзавца в красивой маске приличного семьянина.
— Я не хочу с тобой, как с Наташей. Это легко, просто и грязно, — уверенно отвечает Роман. — Я хочу с тобой по-другому. И хочу, чтобы ты хотела со мной иначе.
— Как именно? — я должна узнать, какие фантазии бродят в голове Романа, и смогу ли я их потянуть."
"Нет, не потянуть. Заденут ли они меня за живое и пробудят ли во мне женское любопытство.
Нельзя что-то тянуть и терпеть.
Это обернётся для меня и Ромы новым провалом.
— Хочу тебя здесь, — он подается в мою сторону, — прямо на кухонном столе, Лера, но дверь не заперта, по дому шарохаются страшные мужики, наши девочки вряд ли спят…
— Да, верно, — сглатываю я, когда он пробегает пальцами по тыльной стороне ладони.
Он не задирает юбку, не рвет блузку, не впивается в губы. Лишь касается кончиками пальцев.
Мурашки по всему телу.
— Поэтому я обойдусь лишь вопросом, — его пальцы касаются края манжеты моей блузки, — ты бы сама этого хотела?
Может, лучше бы я сбежала? Может, лучше бы я отказалась от Романа с концами? Но внизу живота тянет теплом, которое меня покинуло на долгие месяцы в разводе, и я уточняю на грани обморока:
— Спереди или сзади?
Слишком смелый вопрос для прошлой Леры, но в нынешней Лере он подстегивает не только смущение, но и ожидание ответа.
— Спереди, — губы Романа почти касаются моих, — я хочу видеть твое лицо, Лера… Твои глаза… Хочу стоять между твоих ног и сжимать твои бедра…
Прикладываю пальцы к губам Романа, вынуждая его замолчать.
Тяжело дышу. Обхватывает мое запястье пальцами, проводит языком по ладони, пристально вглядываясь в мои широко-распахнутые глаза, а после рывком привлекает меня к себе. Свободной левой рукой стискивает мою левую ягодицу и выдыхает в ухо:
— Я вижу, ты хочешь… Маленькая шлюшка…
Я вся красная, не шевелюсь и чувствую, как приливает пульсирующим потоком кровь к промежности. Я возмущена оскорблением Романа, но вместе с этим мне сладко между ног.
— Сбежишь, — он будто читает мои мысли, — верну и оттрахаю…
Хрипло выдыхаю на грани стона. Он не позволял себе со мной говорить в таком тоне, и никогда не угрожал тем, что “оттрахает”.
— Ты меня поняла?
От его тихого строгого вопроса у меня вздрагивают ресницы, и я киваю, не осознавая этого медленного движения головой.
Роман отстраняется, убирает руку с моей попы, и в этот момент из радионяни раздается покряхтывание, которое перерастает в плач.
