Мы сами все уберем! — вскакивает со своего места и, опустившись рядом с Вадимом, тоже начинает подбирать осколки."
"— Я беременная, а не больная, — ворчу в ответ на ее реплику, но мне тут же прилетает от Вадима:
— Сиди и не суйся!
— Хорошо. Не буду.
Вадим собирает самые большие осколки и скидывает их в мусорное ведро, а Зайка, суетится рядом и помогает.
— Веник неси, — коротко говорит он, и племяха тут же подрывается с места. Так шустро, что юбка только вспархивает, едва ли не до самой попы, — из кладовки.
Спустя миг она уже возвращается с инвентарем для уборки и принимается старательно мести.
Собирает все в одну кучку:
— Совок подержи.
Муж держит, а она, согнувшись напротив него в три погибели, заметает последние следы, устроенной мной катастрофы.
— Готово!
— Молодцы! — смеюсь я, — кажется, если за меня и дальше все будут делать, то мне очень понравится быть беременной.
Вадим шутливо кланяется:
— Всегда к вашим услугам.
А хмурая, опять чем-то недовольная Зайка, через зубы произносит:
— Простите.
Кажется, мне звонят, — и уходит с кухни.
Я провожаю ее взглядом и тихо спрашиваю у мужа:
— Ты не находишь, что она какая-то странная?
— Не-а, — он беспечно тягает с тарелки одну печеньку.
— А мне кажется, что сегодня она какая-то не такая. Может, у нее проблемы?
— Может, — он жмет плечами, — взрослая жизнь на то и взрослая, что тут проблем выше крыши.
— Как ты можешь быть таким равнодушным?
— Мил, уймись. Было бы что серьезное — она бы сказала. Раз молчит, значит сама справляется.
Не суйся.
Вроде дело говорит, а мне не спокойно. Поэтому улучив момент, когда муж отвлекается на содержимое холодильника, выхожу с кухни и слышу, как Зайка, притаившись в гостиной, кому-то горько говорит:
— Все. Хана моему проекту. Времени не хватает доделать его сейчас. Придется осенью все заново начинать. Препод лютует. Все усилия насмарку…
Затаившись в тени, продолжаю слушать.
— Да какое доделать? Смеешься? Я в деревню возвращаюсь. Билеты уже куплены.
***— Представляешь, меня даже в настоящую лабораторию пускали! — Зайка продолжает рассказывать свою историю неведомому собеседнику, — я опыты делала.
Целую тетрадь исписала… Ага. Круто…Только смысла нет. Потому что к сентябрю все мои результаты уже прокиснут. И все придется начинать с нуля.
Говорит, прикрывая динамик ладошкой, чтобы никто не услышал. Но я-то слышу. Стою, прижавшись спиной к стене, шею вытянула, ибо боюсь пропустить хотя бы слово.
— Я пробовала договориться. Препод суровый.
