Если я боялась даже рысью ездить на лошади, предпочитая спокойный шаг, то мой муж на вороном коне носился по местности, как угорелый. При чем, что животное, что он — выглядели довольными, пот с них тек в три ручья.
— Покатаемся возле гор, — подходит ко мне, застегивает куртку, улыбается. Господи, я так привыкла к этой улыбке, что не представляю, как буду потом жить без нее, когда мы вернемся домой.
— Может еще шапку на меня на тянешь, заботливый ты мой?
— Можно, сегодня прохладно, а я не хочу, чтобы ты заболела.
— Ты меня согреешь, если что, — откровенно намекаю на жаркие наши ночи, ухмыляется, прикасаясь костяшками к щеке.
— Обязательно, — чмокает в губы и отворачивается, направляясь к лошадям. Крепись, Алена, за эту неделю он намного больше к тебе прикасается, чем когда вы у бабули в доме или в Сочи. Ради вот этой ласки я молчу, не закатываю истерики из-за съедавшей меня скуки, реагирую на все с радостью, что он мне предлагает.
Мы не спеша выезжаем их поселка.
Местные детишки провожают нас некоторое время, они любят издалека смотреть на меня. Я выделюсь внешностью, одеждой на фоне местного колорита.
— Чудесное место. Сюда можно возвращаться каждый раз, когда в жизни наступает путаница, нужно подумать, — горы рядом, они с виду безобидные, но я все же их побаиваюсь. Слышала, как Лида с кем-то из местных женщин переговаривалась по поводу того, что в соседнем районе предупреждали о возможном сходе снега.
— Именно это я и делаю, — Давид управляет лошадью одной рукой, смотрит вперед.
Я понимаю, что сейчас он настроен поговорить на более личные темы. Эта поездка немного нас сблизила, мы учимся доверять друг другу.
— Как ты нашел этот поселок? Посоветовали знакомые или тыкнул пальцем наугад?
— Скорей просто ехал и приехал, — усмехается, придерживая своего коня, когда тот спотыкается об камень.
— Ого, даже так.
— Просто мне нужно было уехать из дома. Со всех сторон давили, прессинговали, что-то требовали.
Бабушка предлагала уехать мне к своей сестре в соседний город, но я понимал, что мне нужно одиночество.
— Так все достали?
— Типа того. Мы с Миланой были женаты уже три года, родственники недоумевали почему у нас до сих пор нет детей. Обычно за этот срок второго рожали все вокруг, а мы все никак.
— Она не могла родить? Врачи поставили бесплодие? — Давид непонимающе на меня смотрит. — Ну три года и никак, значит что-то с ней или с тобой не так.
