Переодевшись, Зоя отправилась на работу, мимоходом чмокнув мужа в уже обросшую щёку. Мрачно посмотрев на дверь, Васильев достал из кобуры табельный пистолет и, разложив на табуретке тряпочку, принялся чистить оружие. Для профессионального военного это было сродни медитации. Руки делали дело, а в голове крутились разные мысли.
Алексей едва успел собрать свой ГШ-18 и с щелчком загнать обойму на восемнадцать патронов в рукоять, когда дверь распахнулась и в комнату вбежала Зоя. Лицо женщины было залито слезами, а на левой щеке алел отпечаток пятерни.
Отбросив пистолет на кровать, где сидел, Алексей едва успел схватить жену в объятья.
– Зая, что случилось? – разом осипшим голосом спросил Васильев, чувствуя, как кровь приливает к голове.
– Она, она… – всхлипнула женщина и, обхватив руками мужа, горько расплакалась.
– Да что случилось, объясни? – чуть не взвыл Васильев.
– Эта тварь заявила, что я плохо убрала, и потребовала перемыть всё заново. Я сказала, не нравится, пусть сама убирает.
Она ведро с грязной водой перевернула и сказала, что если через пять минут не уберу, пожалею. Я ей тряпку швырнула и сказала, что я ей не прислуга. А она… она мне пощёчину дала, – всхлипывая, ответила Зоя.
Алексей не успел открыть рот, чтобы спросить, кто именно посмел это сделать, когда дверь снова распахнулась и в комнату влетела Вика. На девочку было страшно смотреть. Глаз заплыл, красиво очерченные губы были разбиты, а рубашка разорвана так, что целыми остались только рукава.
Джинсы держались на одной пуговице. Зоя, моментально забыв о себе, бросилась к дочери и, даже не сомневаясь, что произошло, задала только один вопрос:
– Кто?
– Грач и его компания, – выдохнула девушка и отключилась, потеряв сознание.
Схватив пистолет, Васильев вышел в коридор и стремительным шагом направился в сторону вип-сектора. Мыслей не было. Сейчас ему хотелось только одного. Уничтожить всех этих подонков. Топтать их ногами до тех пор, пока они не начнут собственными кишками блевать.
Но дойти до нужной двери ему не дали. В бункере быстро разносились не только хорошие известия, но и плохие новости. Отделение комендантской роты остановило его на подходе, и командовавший автоматчиками офицер потребовал сдать оружие.
– Думаешь, это что-то изменит, лейтенант? – спросил Васильев деревянным от бешенства голосом.
– Товарищ капитан, я только выполняю приказ, – вздрогнув, ответил молодой офицер.
