– Значит, сегодня же папаню припашу, – решительно кивнула Дана.
– Однажды он меня пристрелит, – усмехнулся Матвей.
– За что?
– За то, что я ему регулярно проблем подкидываю, – тихо рассмеялся Матвей.
– Пусть только попробует. Проблем не оберётся, – многообещающе протянула девушка. – Это для них он генерал. А для меня – папа. И весь его авторитет это не более чем авторитет родителя для давно уже выросшей дочери. Если уж кто тебя и пристрелит, так это только я.
– Оригинальное признание в любви, – улыбнулся Матвей, осторожно прижимая к себе девушку.
– Какое есть. От тебя и такого не услышишь, – рассмеялась в ответ Дана.
– Не любитель я говорить. Мне проще сделать, – ответил проводник, нежно целуя её в висок.
– Значит, так. После приезда докладываем о результатах генералу и отправляемся домой. Там ты укладываешься в постель и не встаёшь до тех пор, пока я не разрешу. Рано тебе ещё бегать, – решительно приказала девушка.
– Как прикажете, мамзель генералка.
– А почему не генеральша?
– Генеральша это жена генерала, а дочь – генералка, – рассмеялся Матвей, обнимая её.
Их разговор прервали бойцы, успевшие снова насторожить свои сюрпризы. Водитель запустил двигатель, и «Тигр» не спеша покатил обратно на базу.
* * *На доклад к генералу Матвей шёл, чувствуя себя гораздо лучше. Едва броневик тронулся с места, как проводник устроился поудобнее и, закрыв глаза, уснул. Они оба, Рой и Матвей, проспали всю дорогу, не обращая внимания на тряску и тихие разговоры бойцов. У штабной палатки Матвей остановился и, сняв с пояса флягу с водой, быстро умылся, не забыв напоить из ладони пса.
Глядя на них, Дана не удержалась и, рассмеявшись, сказала:
– Вот уж точно вы друг на друга похожи. Даже фыркаете одинаково.
– И поверь, в нашей жизни это ещё не самое главное, – ответил Матвей, продолжая думать о чём-то своём.
Вышедший из палатки Лоскутов, увидев всю троицу в сборе, сунул руки в карманы и, качнувшись с носка на пятку, спросил:
– Вы, гаврики, смотрю, совсем нюх потеряли. Забыли, что такое субординация?
– Никак нет.
Но перед тем как явиться начальству на доклад, требуется привести себя в порядок, – ответил Матвей, не спеша продолжая поить собаку.
– Пап, не занудствуй. И так всё непросто, – отмахнулась Дана.
– А у тебя-то чего не просто? – насторожился Лоскутов.
Девушка подошла вплотную к отцу и, взяв его под руку, тихо сказала:
– С Матвеем что-то не так. Он словно и не лечился."
"– Может, в госпиталь? – так же тихо спросил генерал.
– Нет. Дело не в ранах.
