А пока только разминка, – ласково пообещал Миша, одним резким движением ломая пленнику пальцы.
Чувствуя, что не может оставаться в стороне, Матвей быстро огляделся и, увидев кусок колючей проволоки, принялся привязывать его к подобранной тут же палке. С интересом понаблюдав за его действиями, капитан спросил:
– А чего это будет, Иваныч?
– Плеть. Такой если с оттягом хлестнуть – куски шкуры в разные стороны полетят.
– Тоже дело, – одобрительно кивнул капитан и, обернувшись на Роя, спросил: – Ты его свежатинкой давно баловал?
– Сам знаешь, с мясом сейчас плохо, а на охоту времени нет.
А что? – сделал вид, что не понял, Матвей.
– А мы сейчас для разминки начнём от этих уродов куски отрезать и твоему крокодилу скармливать, – усмехнулся капитан, попутно ломая пальцы ещё одному подонку.
– И то верно. Пару недель не придётся о корме для него думать, – одобрительно кивнул Матвей, для пробы взмахивая своей импровизированной плетью.
– Ну что, граждане уроды? Кто готов начать испражняться? – с наигранным весельем спросил Миша.
Ответом ему послужило угрюмое молчание. Оглядев лежащих, капитан ухватил за шиворот самого, на его взгляд, старшего из банды и, одним движением вздёрнув его на ноги, спросил:
– Говорить будешь?
– Не о чем мне с тобой говорить, – огрызнулся бандит. – Взяли на горячем, так вызывай милицию, а самосуд устраивать права не имеешь.
– Ты чего, козёл, так и не понял, с кем дело имеешь? – рассмеялся капитан, резким ударом разбивая бандиту нос. – Тебя, гнида, задержал на месте преступления отряд спецназа, и никакой милиции для вас не будет.
Я с вами могу делать всё, что мне в голову взбредёт, и никакая милиция мне не указ. Понял, тварь? – спросил он, продолжая бить бандита по лицу.
– Слышь, Гвоздь, это не прогон дешёвый. У них прикид армейский, – неожиданно завопил один из лежавших бандитов.
– Заткнись, – прохрипел избитый капитаном Гвоздь, выплёвывая кровь и зубы.
– Не уважают они нас, Иваныч, – вздохнул капитан и, отшвырнув жертву своим парням, приказал: – Разденьте подонка.
Начнём потихоньку.
Спецназовцы несколькими точными ударами кинжалов распороли на нём камуфляж, и глазам бойцов предстало расписанное церковными куполами и розами ветров тело. Даже на коленях бандита были выколоты пауки. С интересом рассмотрев эту картинную галерею, капитан усмехнулся и, кивнув, проворчал:
– Вот теперь становится понятно, что это за гусь. Ну что, сиделец-страдалец, не передумал? Нам ведь наплевать, кто ты там такой и что на тебе нарисовано.
