Никого остановить мы не сможем. Значит, подозрение останется на вас и членах вашей семьи. А мне хотелось бы установить истину. И поэтому я просто вынужден со своей ногой и в таком ужасном виде тащиться к вашей вилле, чтобы поговорить именно с вами. Неужели вы этого не видите и не хотите понять?
Болтакул нахмурился. Минуту он молчал, словно размышляя. Затем раскрыл дверь шире.
— Входите, — разрешил он.
— Вы мне больше не нужны, — обратился Дронго к сопровождавшему его полицейскому, — когда буду идти назад, я позвоню на виллу.
— Хорошо, — полицейский отдал честь и отправился обратно.
Они вошли в гостиную. Болтакул любезно помог Дронго дойти до кресла и пошел пригласить сюда всех членов своей семьи. Первой спустилась Айша. Очевидно, муж успел ей рассказать обо всем. Она вежливо поздоровалась с гостем и успела даже приготовить чай, вскипятив воду в электрическом чайнике, когда внизу оказались дети — Ескен и Амина. Дочь была явно недовольна, что ее заставили спуститься. А Ескен просто подошел к Дронго и, показывая на него пальцем, спросил у отца:
— Что это такое?
— Немного больше уважения, — нахмурился Болтакул, — это наш гость.
— В четыре утра? — спросил сын. — Кто это такой? В каком он виде? Его ногу тоже мы повредили? В этом тоже обвиняют нашу семью? Зачем ты пускаешь домой каких-то непонятных типов?
Он говорил по-русски, считая, что пришедший эксперт — турок и не понимает, о чем они говорят. Но, к его изумлению, эксперт вдруг сказал по-русски:
— Давайте успокоимся, Ескен, и не будем так нервничать.
Я пришел сюда помочь вашей семье.
— Кто вы такой? — обернулся к нему Ескен. — Откуда вы знаете русский язык?
— Меня обычно называют Дронго.
— Не может быть, — растерялся молодой Ордалиев, — этого просто не может быть. Вы знаете, кто такой Дронго? Это вымышленный образ. Его не существует в природе. Вы бы еще сказали, что вы барон Мюнхгаузен или Дон Кихот. Зачем вы к нам пришли? Неужели вы не понимаете, в каком мы сейчас состоянии?
— Я действительно Дронго, — устало произнес он, — во всяком случае, так меня называют.
— В таком случае я Микки-Маус, — разозлился Ескен, — хватит издеваться. Я же вам говорю, что Дронго не существует. Это придуманный герой. Как Шерлок Холмс. Может, вы пришли к нам со страниц какой-нибудь книги? Или сбежали из сумасшедшего дома?
— Ескен! — крикнул его отец. — Хватит! Человек у нас в гостях. Он вправе называть себя так, как ему хочется.
— Хорошо, — сказал Ескен, — сейчас мы все проверим.
