— Только не говорите мне, что из-за глубоких страданий в детстве вы и пошли по кривой дорожке.
— Наоборот. Именно поэтому я стал человеком. Сталь закаляется в огне. Если бы в детстве я столько не дрался, то никогда не сумел бы ничего добиться. С моим ростом и физическими данными было нелегко. И не только потому, что меня звали Нестором. Моя фамилия Хринюк тоже не самая благозвучная для русского языка. Пришлось отстаивать свое право на существование и на свою независимость. Потом было еще хуже в ПТУ, в колонии для несовершеннолетних и уже в колониях для взрослых.
Нужно было либо подставлять шею под удары всякой нечисти, либо самому бить по шее каждого, кто был слабее. Или даже сильнее. Я выбрал второй путь и, как видите, достиг немалого. Даже когда я стал уже взрослым человеком, я не очень годился в бойцы. С моей щуплой внешностью и рахитичной грудью.
— Если вы будете рассказывать мне о своем трудном жизненном пути, я все равно не расчувствуюсь. У некоторых оно было сложнее в тысячу раз, но они становились достойными людьми…
— Достойными членами общества, — кивнул Факир, — как раньше говорили.
Что значит быть достойным? Вот у премьера огромной Украины Януковича две судимости. Сейчас, правда, погасили. Он, по-вашему, достойный человек?
— Думаю, что да. Я его лично знаю.
— А вот мой друг Князь, которому пробили голову, был человеком недостойным. Потому что он думал только о себе и никогда не лез в политику.
— Вы страшно отомстили за его смерть.
— Еще нет, — усмехнулся Факир, — увы, пока нет.
— Я вас не понял, — нахмурился Дронго, — разве не с вашей подачи был убит Родичев? Это ведь вы придумали такой изощренный способ убийства.
— Я лично его не убивал, — твердо повторил Факир, — а насчет мести… Полагаю, вы знаете, кто именно послал Родичева в Бодрум.
— Знаю.
— В таком случае вы должны понимать, что этот тип серьезно нарушил наши внутренние правила и договоренности. Он фактически продал своих людей, став наемником по договору за деньги. И поэтому теперь он и его люди объявлены вне закона.
Я им не завидую. У него теперь врагов хватает и без меня. Хотя он понимает, что я не оставлю смерть Миши Вицинского без должных последствий. Даже если мы немного перестарались с этим бизнесменом, то и тогда я не признаю своей вины. И никогда не забуду Знахарю его предательства.
— Вы не получали сегодняшний «Коммерсантъ»? — спросил Дронго.
— Нет, — ответил Факир. — А почему вы спрашиваете?
— У меня есть сегодняшняя газета.
