Надо же так испортить настроение матери и так задеть самолюбие отца – не обидеть, нет, еще чего, много чести – именно задеть, зацепить! Но Геннадий Павлович это спокойно переживет. Подумаешь! Ему наплевать – ну посмотрит на этого сверчка, ну поздоровается, перекинется парочкой слов – делов-то! Он думал о Вере.
Кстати, ничего хорошего о бывшем муже Вера никогда не говорила, а даже наоборот, называла и сволочью, и дураком, и негодяем. И презирала его от души, и насмехалась над ним. И никакой он не монстр – еще чего, слишком жирно! Обычное рядовое ничтожество, неудачник.
К кому ревновать?
Но Стрельцов знал – вернее, чувствовал: любила его Веруша этого хмыря. Очень любила. Впрочем, старался об этом не думать, потому что больно. Его Веруша, его жена и – другой мужчина? Нет, нет. Стрельцов был человеком разумным, земным, практическим, как говорится. Конечно, он все понимал! Ревновать Веру к событиям столетней давности? Смешно? И все-таки ревновал. Но тщательно это скрывал.
Первого мужа Веры Андреевны звали Роберт.
Роберт Красовский – что-то было там польское, кажется, дед по отцу. Но имечко, а? Интересно, как называла его Вера в некоторые моменты? Робик, Робка? Робуля? О господи… Нелепым был этот Робик, хлыщом, пижоном, под стать своему дурацкому имени и, кстати, довольно красивой фамилии.
Встречались они со Стрельцовым несколько раз по молодости, случалось – задохлик с изысканными типа манерами, умник, этакий представитель мыслящей интеллигенции, богемы, твою мать. Нога за ногу, узлом, тонкие, нервные пальцы, изящные кисти.
Очки – а как же без них интеллигентному человеку? Ну и бородка, естественно. Как же мы без бородки? Клинышком такая, не лопатой, конечно. Эдакая шкиперская, пижонская бородка.
Ломаный весь, трухлявый. В глазах вечная мука, страдание. Так и хотелось спросить: «За что страдаете, милейший? Разумеется, за человечество? За этот, так сказать, несовершенный и жестокий мир? Переживаете за всеобщую несправедливость?»
Знавали таких мучеников – одни разговоры. Ни на какие действия они способны не были, максимум – треп на кухне, и то с оглядкой, потому что трусливы.
Они вечно недовольны, все им не так. А на деле – пустопорожние болтуны. Ничего созидательного – как же, марать наши тонкие пальчики? Бизнес? Увольте. Мы люди порядочные, в ваши нечестные игры не играем. И деньги презираем, потому что чистыми они не бывают, особенно в нашей стране.
Это про него – врун, болтун и хохотун. Очень верно.
Женщин они любят, восхищаются ими, пишут им стихи.
