Погрузив с помощью возницы пони в повозку, сам мистер Данмор надел свой сюртук, сел верхом на статного коня, и мы двинулись вслед за повозкой с пони. Клери сказала, что мы, похоже, едем к местному эскулапу. Так и вышло, мы и впрямь приехали к местному врачу. Тот осмотрел мальчишку, сунул ему под нос флакон с солями, отчего тот замотал головой и громко чихнул. Но пришел в сознание. Осмотрел раны на спине ребенка, обработал их. Заодно и я сунула ему под нос свою пострадавшую лапку. Клери, увидев у меня новую травму, громко охнула и запричитала на тему того, что я без неприятностей, как без пряников.
Осматривать животное лекарь отказывался, упирая на то, что он врач, а не ветеринар, но банкнота немалого достоинства переубедила его в специализации его самого. Так что помощь была оказана и пони. Но оставить их у себя в лечебнице он решительно отказался, мотивируя это тем, что ему в этом городке ещё жить, а Ривз все равно выкрутится.
Что мне оставалось делать? Не бросать же ребенка на произвол судьбы.
И я приняла решение - забрать мальчика с собой на плантацию. Как быть с пони - я не знала. Но мальчишка, верно поняв мои сомнения, заплакал:
-Как же Лаки? Я без него никуда не поеду! Все равно отец выйдет из каталажки и убьет Лаки! Он и раньше был плохим, а после того как забил маму кнутом, и она потом умерла, вовсе озверел. Напьется и давай всех лупцевать, с ним все боятся связываться!
О Господи! Этот зверь ещё и отец этого несчастного мальчишки! Что же делать? Я беспомощно огляделась.
Своим ходом пони не дойдет до плантации, это ясно. На нашу телегу его положить? А мы куда? Да и мальчик там лежит. И Буланка всех не утянет. Верно поняв мои метания, мистер Данмор ещё раз вздохнул, о чем-то тихо переговорил с возницей, опять мелькнула банкнота, и кучер истово закивал головой. Затем джентльмен обратился ко мне:
-Леди Лафойе, пони довезут до вашего поместья. Раз уж мальчик так переживает за своего друга. Надеюсь, ребенок, и лошадка вас не стеснят. А я, простите, тороплюсь по своим делам.
Мы распрощались, и каждый двинулся в свою сторону. Так состоялось мое злосчастное знакомство с мистером Грантом Данмором. И, к сожалению, встреча была не последней.
Пока ехали до первого привала, мальчик, его звали Жан, рассказал нехитрую и страшную в своей простоте историю своей короткой жизни. Ему двенадцать лет, осенью тринадцать исполнится. Просто выглядит так. Отец его раньше был кузнецом, и хороший достаток в доме был.
