– Что?! – недоверчиво хохотнула я. – Что ты сказала?
– Ничего, – буркнула Нинон. – Сама не помню, чего сболтнула. Не обращай внимания.
– Да нет же, ты помнишь! Ты назначила свидание Громовичу?
Я была знакома с Нинон почти шесть лет и считала, что знаю о ней почти все. Я держала ее волосы, когда Нинон тошнило после душераздирающего коктейля шампанское + виски. Я приносила апельсины в больницу, где ей делали аборт. Она три дня рыдала на моем плече, когда ее бросил мужчина, на которого она строила матримониальные планы.
Я знала название, точный размер и чуть ли не химический состав ее грудных имплантатов. Я знала, что всю жизнь ей снится один и тот же кошмарный сон, от которого она просыпается в холодном поту – будто бы она подходит к зеркалу и видит дряхлую старуху с глубокими морщинами и черными пеньками сгнивших зубов. Я знала, когда она лишилась девственности и с кем из знаменитостей она была бы не прочь переспать. Я знала, что у нее аллергия на мидии, что она четыре раза в жизни сдавала анализ на ВИЧ, что она мечтает о китайской лысой собачке и в глубине души все еще по-детски надеется стать знаменитой…
Но я не знала, и даже не могла предположить, что у нее хватит наглости назначить свидание моему мужу.
– Нинон! Рассказывай сейчас же, – потребовала я.
Она посмотрела на часы с перламутровым циферблатом и плавающими брильянтами.
– Ты знаешь, мне уже пора. Назначила свидание одному типу, не хочу опаздывать. У него «Ferrari» и все такое…
– Не юли! – я с трудом сдерживала смех.
– Когда это ты успела назначить свидание Громовичу?
– Это было давно, – наконец ответила она, глядя в пол, – нет смысла ревновать, ведь у нас ничего не было.
– Я не ревную, мне просто интересно.
– Ничего интересного, – пожала плечами Нинон. – Вы были вместе уже года два, а я была одна… Помнишь, я тогда рассталась с рок-музыкантом и очень страдала?
– Ты всегда очень страдаешь, когда с кем-нибудь расстаешься, – усмехнулась я, – а через неделю не можешь вспомнить его имени.
– Так я и знала, что ты будешь злиться.
– А чего ты ожидала? За моей спиной крутить шашни с моим же законным мужем! Ты думала, я тебе посочувствую, что он оказался более порядочным, чем ты?
– Ну прости! – В ее красиво подведенных глазах не было и тени раскаяния. – Я никогда не строила из себя святошу… Ладно, Вер, правда прости. Столько лет прошло.
– Ладно… – мне было и смешно, и грустно одновременно, – но все равно я хочу знать.
