– Я была девчонкой, – с деланным равнодушием пожимаю плечами. – Я просто испугалась…
– Ты и сейчас такая же.
– Неправда, – качаю головой, но оправдываться не собираюсь. Только не перед ней.
– Да брось, – хмыкает Людмила Петровна, но, как-то беззлобно что ли. – Хочешь сказать, сейчас поступила бы по-другому?
– Возможно.
На несколько секунд повисает напряженная тишина. Молча сверлим друг друга глазами, никак не решаясь продолжить разговор. Нам просто не о чем говорить. Пропасть между нами ничем уже не убрать.
– Зачем ты вернулась? – прямо спрашивает она. А меня аж переворачивает от ее вопроса. Неужели не понимает, что делает больно? Хотя она, наверное, за этим и пришла.
– Потому что я люблю вашего сына, – четко проговариваю каждое слово и гордо вздергиваю подбородок. Хочу, чтобы она знала, что на этот раз я не отступлю. Ей не удастся меня запугать.
– Допустим, – кивает и улыбается одними уголками губ. – Даже то, что он тебя любит тоже. А дальше что?
Внезапно ловлю себя на мысли, что от свекрови не исходит агрессия.
Она не пытается меня ужалить или уколоть. Просто ведет какой-то странный диалог, смысл которого мне не ясен.
– Я не понимаю, чего вы от меня хотите, – сдаюсь, так и не сумев разгадать ее ребус.
– Вот и я не понимаю, зачем ты опять появилась в его жизни…
– Это счастливая случайность.
– Случайности не случайны, – философски изрекает и идет в мою сторону. Достает альбом для фотографий, но не отдает в руки, а кладет на кровать. – Мой тебе подарок на Новый год.
Отходит обратно к окну и отворачивается.
– Что это? – присаживаюсь на кровать, открываю первую страницу и вздрагиваю от неожиданности. На меня смотрю я, только совсем молодая. Непонимающе поднимаю взгляд и натыкаюсь на спину свекрови.
– Когда-то давно я совершила необдуманный поступок, – начинает говорить она. – Хотя нет, какой он необдуманный. Скорее, недостойный… – Голос обрывается и требуется несколько вдохов, чтобы продолжить. – Зачем? Не могу ответить. Помутнение какое-то. Не знаю… но простить я себя так и не смогла за это.
Слушаю ее исповедь и практически не дышу. На автомате начинаю листать страницы и изумляюсь еще больше. Там десятки, сотни моих фотографий. Я беременная, я с новорожденной дочкой на руках, я забираю Нюсю из садика.
– Господи, это же… – пораженно выдыхаю, но не могу закончить фразу. Слов просто нет. Они закончились в этом переполохе мыслей. Смотрю на Людмилу Петровну и жду хоть каких-то объяснений, но та не спешит их давать.
