– Ага, – согласилась Марго, – Окси рассказывает, а я понимаю: повезло тебе, Рита. Только от голода шаталась да старье донашивала. Да, меня тоже били, но просто так, от злости, и я всегда удрать могла, по улицам поносишься и домой спокойно возвращаешься. Знаешь, что пьяница дрыхнет. Оксанка же жила под постоянным прессом. Ничего ей не разрешали, только учеба и спорт. Замуж велели выйти за того, кто ей не нравился, потому что так на службе потребовали. Поселилась Окси в доме, супруга облизывает, не любит его, а делать нечего.
В подъезде кроме нее и Кирилла живет только один сосед, художник, ниже этажом. Оксанку на работе предупредили: Егор с левой резьбой, его только живопись интересует. Женат на Елене Яковлевой, та на рецепшене в фитнес-клубе сидит. У Лены мать Галина, очень обеспеченная. С разными мужиками жила, получила от них все, что имеет. В гости не приезжает, не общается с дочкой. И так получилось, что Оксана с соседями никогда не пересекалась. Художника один раз видела, супругу его никогда.
Вскоре после свадьбы у Окси отец скончался, потом мать умерла. Она долго болела, поняла, что не выкарабкается, проиграла битву. И один раз, когда ей совсем плохо стало, дочке правду выложила.
Глава тридцать первая
Маргарита взяла бутылку с водой, сделала несколько жадных глотков и продолжила:
– Оксана матери не родная. Генерал ей отец по крови. А вот родила девушку суррогатная мать, да только в то время эмбрионы, в пробирке оплодотворенные, не подсаживали. Генерал познакомили с человеком, у которого были женщины-инкубаторы.
Отец самую красивую выбрал. Переспал с ней, и родилась… тройня! Чернов одну девочку выбрал, а остальных не взял. Генерал понимал: та, что с ним в постель легла, сродни проституткам.
– Ну, это он зря, – неожиданно высказал свое мнение Валов, – просто теток этих жизнь в угол загнала, а они ничего, кроме как рожать, не умели.
Рассказчица покраснела.
– Можно найти работу, пусть тяжелую, но не заниматься тем, чем наша биологическая мать! Отец Оксаны очень боялся, что в ней оживет генетика гетеры.
Поэтому он дочери жуткое детство устроил. За шаг вправо-влево ремнем бил. Хорошо, что под расстрел не отправил. А самое-то приятное Окси в конце услышала. Та, кого она своей мамой считала, заявила: «Никогда не хотела детей. А муж прямо грезил наследницей. Именно о девочке мечтал, не о сыне. Спорить с ним я не могла, суровый характер у мужа был, поэтому согласилась. Но я тебя не люблю и не любила.
