Сотрудники расселись по бокам, водитель развернул машину, двинулся к выезду на Хаузэрштрассе.
– Это Эрик… – прошептала Марта. – У него недавно сын родился, почти всю беременность жены провел на нелегальном положении… Я его убью… – Марта стиснула ручку кружки, чуть не расплескав пиво. – Видят боги, я его убью…
– Спокойнее, товарищ, – Кольцов нахмурился. – Где твоя холодная голова? Лишняя эмоциональность еще никому не помогала. Успокойся, не смущай отдыхающих. Сидим и смотрим.
Она уставилась на спутника, как будто он и был корнем зла.
Потом опомнилась, как-то сникла. Клаус Майнер проводил насмешливым взглядом отъезжающую машину, продолжил беседу со старшим офицером. В квартире работала группа. Двое сотрудников в штатском направились в дом. Один был неприметен, другой обладал крепким сложением, квадратной челюстью и нависающими над глазами надбровными дугами. Кольцов мысленно окрестил его «человеком позднего палеолита». Клаус и седой остались у машины. Из подъезда вышли двое полицейских. Один остался на крыльце, закурил, другой отправился разбираться с местными жителями, желающими знать, почему потревожен их покой.
Марта немного успокоилась, отхлебнула из кружки.
– Обрати внимание, – сказал Кольцов. – Клаус Майнер ведет себя как равный среди равных. Не заискивает перед работниками БНД, не пытается заслужить их снисходительность. За ним не присматривают – на случай, если сбежит. Пожилой офицер спецслужбы общается с ним как с подчиненным, а не как с перебежчиком. Это явно бросается в глаза. Он не предатель, Марта.
Он лазутчик, тайный сотрудник БНД или еще какой-нибудь уважаемой организации. Для них – герой, а не презренный предатель.
– Я не слепая, – огрызнулась Марта. – Но это не значит, что я его не убью. Не вздумай вмешиваться, Микаэль. Ты здесь чужак, ты почти никто – при всем уважении к вашей организации."
"– Не будем ссориться, – миролюбиво предложил Кольцов. – Нас осталось только двое, и впереди полная неизвестность. Давно Майнер работает у вас в центральном аппарате?
– Месяца четыре… – Марта помялась.
– Перевелся, если не ошибаюсь, из Дрездена, имел рекомендации, поощрения от начальства. С первого дня проявил активность, смекалку, работал допоздна, очень хотел понравиться коллегам.
– И это ему удалось, – кивнул Михаил. – Выходит, в БНД еще не разучились работать. Он точно не знал про Эберхарта? Подумай хорошо, Марта.
– Согласно инструкциям – нет. – Марта насупилась, как обиженный ребенок. – Личный состав опергрупп в эту тему не посвящался.
