– Кроме Балашова, в этом институте нет сообщников, – пожал плечами Денисов. – Допускаю, что где-то есть люди, сотрудничающие с иностранцами – институт большой, контингент думающий, люди образованные и свободолюбивые…
Денисов сделал паузу. Кольцов не прерывал. Грызться по мелочам – себе дороже.
– Да и работа идет по разным направлениям, – продолжал инженер. – Но ко мне эти люди не имеют отношения, я про них не знаю. Балашов, Алан Робинсон, а если человек незнакомый – условная фраза и отзыв, о которых вас уведомили.
Телефон для связи в Москве, абонентский ящик в почтовом отделении в Строгино… которым я никогда не пользовался. Пожалуй, все. Можете не верить…
Арестант не врал – да и есть ли смысл лукавить в его положении? За героическими поступками – не сюда. Расстрельная статья мерцала отчетливо. Сам погибай, а товарища выручай? Точно не сюда.
– Вы сказали, что в «этом» институте нет сообщников. Развивайте мысль, Олег Витальевич."
"Всплывали интересные факты. Работа над проектом производилась совместно с омским КБ транспортного машиностроения.
Все «железо» конструировали именно там. НИИФП занимался электроникой, иногда – оптикой. В Омске создавали огнеметную систему с ноля, имея на руках лишь распоряжение правительства и примерные характеристики оружия. Ничего подобного в мире не существовало. Поначалу к проекту относились скептически, все же под словом «огнемет» понималось несколько другое – ранец за спиной, раструб, огневая смесь, выбрасываемая на незначительное расстояние.
Здесь же предлагали стрельбу снарядами, и уже по их прибытии – возгорание. До термобарических зарядов додумались позднее. Именно в Омске решили использовать шасси от «Т-72», разработали систему зарядки, единый пакет, куда помещались все тридцать снарядов, рассчитывали грузоподъемность, устойчивость, изобрели качающуюся часть пусковой установки на поворотной платформе. Разрабатывали прицелы, силовые следящие приводы, позволяющие операторам во время наведения на цель не выходить из машины.
– Фамилия человека, работающего на ЦРУ, Поплавский, – сообщил Денисов. – Зовут Алексей Львович. Мы с ним встречались пару раз, он приезжал в составе делегации в Зеленоград. Также я сам пару раз бывал в Омске, общался с Алексеем Львовичем. Робинсон пошел на риск, свел нас. Думаю, это было необходимо – мы работали над одним проектом. Масса нюансов, координация действий, к тому же мы можем связываться друг с другом открыто, не боясь быть засвеченными.
