Возраст уже не тот, опять же эта проклятая жировая масса, от которой так и не смог избавиться… Вы уверены, что Лэсси и фрау Розенталь мертвы?
– Кажется, понимаю, о ком вы говорите… Мне жаль, но это так. Собака и женщина находились в доме, когда вторглись люди из БНД. Они действовали без подготовки, за домом не следили, полезли внутрь, не зная, что их ждет, то есть проявили полную профессиональную несостоятельность. Собака, видимо, залаяла, женщина подняла крик… Мне жаль, – повторил Кольцов. – Эта несчастная, которую они задушили…
– Мой боже, какая неоправданная жестокость… – пробормотал Эберхарт.
– Наши люди не могли так поступить, я ничего не понимаю… Фрау Розенталь проживает на моей улице, очень добрая одинокая женщина. Муж умер от разрыва аорты, сын погиб четыре года назад в результате несчастного случая – он служил в армии ФРГ, скончался на полигоне в результате случайного подрыва боеприпаса… У нее есть ключ от моего дома, за умеренную плату она выводит погулять Лэсси, а также стирает и раз в неделю делает уборку.
Мне некогда этим делом заниматься, да я и не знаю, с какой стороны подходить к пылесосу… – Он справился с волнением, глубоко вздохнул.
– Давайте уточним, герр Эберхарт. «На берегу», так сказать, во избежание возможных недоразумений. Вы работаете в разведывательном центре на Фельдештрассе, готовы сотрудничать с нашей страной. Ничего не поменялось? Вы владеете секретной информацией, которую согласны предоставить нашей стороне?"
"– Вы даже не представляете, какой информацией я владею, – усмехнулся Эберхарт.
– Она сравнима с теми сведениями, которые доступны руководству центра в лице герра Баумана и нашим заокеанским кураторам – тому же Алану Робинсону или его заместителю Джеку Портеру…
– Ваша мотивация меня пока не волнует. Обсудим это позднее, если вы настроены обсудить данный вопрос. Полагаю, идеология здесь не замешана. Каким образом вы собирались предоставлять нам информацию? Это устные сведения, копии с документов, микропленка?
– Зачем же микропленка? – усмехнулся Эберхарт.
– Шпионской аппаратурой пользуются наши агенты в вашей стране – например, в секретных инженерных организациях, которые вы называете почему-то «ящиками», – последнее слово Эберхарт произнес по-русски. – Лично я имею возможность использовать обычную аппаратуру, не припомню случая, чтобы меня обыскивали. В силе все перечисленные вами способы. Впрочем, сомневаюсь насчет копий с документов, это несколько смахивает на нахальство.
– Согласен.
